считаю, что как раз нам следовало бы сообщить в первую очередь, я ценю  вашу
предупредительность.
   -  Спасибо,  Харольд.  В  такие  минуты  никогда  не  знаешь,  как  лучше
поступить. Правда, одно обстоятельство не вызывает сомнений - кто-то  должен
взять на себя руководство банком.
   Хейворду весьма удавался фамильярный тон. Сам он  происходил  из  хорошей
семьи  и  умел  разговаривать  с  власть  имущими.  Хейворд  гордился  своим
социальным положением и знакомствами с  высокопоставленными  лицами,  в  том
числе в Вашингтоне. Кроме того, ему нравилось напоминать окружающим, что  он
является прямым потомком одного из составителей Декларации независимости.
   Он продолжал:
   - Необходимость оповещения членов совета директоров диктуется  еще  одной
причиной: эта печальная новость наверняка получит широкий резонанс. Причем в
скором времени.
   - Несомненно, - согласился достопочтенный джентльмен. - Не исключено, что
к завтрашнему дню об этом пронюхает пресса, и журналисты будут донимать  нас
вопросами.
   - Вот  именно.  А  неверно  поданная  информация,  может  сбить  с  толку
вкладчиков и понизить наши акции.
   - Хм...
   Роско Хейворд почти слышал скрип шестеренок в мозгу  своего  собеседника.
Тресту "Остин фэмили", возглавляемому достопочтенным Харольдом,  принадлежал
крупный пакет акций "ФМА".
   - Конечно,  если  совет,  -  продолжал  наседать  Хейворд,  -  предпримет
энергичные меры, с тем чтобы рассеять сомнения общественности, то все  может
сойти гладко.
   - Но только не для друзей Бена Росселли,  -  сухо  напомнил  ему  Харольд
Остин.
   - Я же сейчас совершенно другое имел в виду. Уверяю  вас,  я  скорблю  не
меньше вашего.
   - Что вы предлагаете, Роско?
   -  Главное,  Харольд,  -  не  допустить  безвластия.   Другими   словами,
президентское кресло не должно пустовать  ни  одного  дня.  При  всем  нашем
уважении и симпатии к Бену, этот банк слишком долгое время ассоциировался  с
единоличным управлением. Разумеется, уже многие годы  это  не  соответствует
действительности: банк бы никогда  не  попал  в  число  двадцати  крупнейших
банков страны,  руководи  им  только  один  человек.  Благодаря  сложившейся
ситуации, как бы тяжела она для нас ни была, у совета директоров  появляется
возможность развеять этот миф.
   Хейворд  чувствовал,  что  его  собеседник  лихорадочно  соображает.   Он
отчетливо представлял себе Остина - немолодой красавец и щеголь, с  длинной,
ухоженной шевелюрой, он словно сошел с обложки рекламного журнала. Наверняка
он,  как  всегда,  попыхивал  огромной  сигарой.  Однако  и  достопочтенного
Харольда еще никто и никогда не оставлял  в  дураках  -  он  имел  репутацию
проницательного, преуспевающего бизнесмена.
   - Что касается безвластия, - наконец отозвался Харольд,  -  по-моему,  вы
правы. Согласен, что необходимо решить, кто же будет преемником Росселли, и,
может быть, даже объявить фамилию до кончины Бена.
   Хейворд напряженно слушал.
   - Думаю, что лучшей кандидатуры, чем вы, Роско, нам не найти. Я пришел  к