неведомо куда, без ясной цели, лишь бы уйти подальше от  природы.  Давно  ли
бушевала ужасающая война?  А  они  уже  изобретают  новое  оружие,  страшнее
прежнего. Политика, мораль, философия, религия - кругом  разногласия.  Разве
можно спокойно следовать по дорогам жизни за такими проводниками?  Не  лучше
ли поискать более надежную тропу? Я чувствовал себя, будто узник в  тюремном
вагоне - узник, который исподволь готовится соскочить с поезда,  идущего  по
неверному пути.
     ...Начинались тридцатые годы. В то время не было никаких хиппи. Ни один
уважающий себя подросток не вздумал бы бунтовать  против  родителей,  против
школы. И каждый  парень  считал  предельным  унижением  для  себя  в  чем-то
походить на девочку.  Мой  интерес  к  естествознанию  непрерывно  рос.  Мне
открывалась не только красота, но и  замечательная  мудрость  в  конструкции
мира, унаследованного человеком. При  каждой  возможности  я  отправлялся  в
поход - в  лес,  в  горы,  вдоль  фьорда.  Стремление  цивилизации  оторвать
человека от его исконной среды озадачивало меня. Нет,  взрослые  определенно
затеяли что-то безумное...
     Захотелось поделиться со сверстниками  своими  растущими  подозрениями.
Однажды,  после  урока  физкультуры,  задумавшись  в  раздевалке  над  этими
вопросами, я брякнул своему товарищу,  который  натягивал  "рубашку:  -  Эти
машины... Не по душе они мне!
     - В самом деле? - ухмыльнулся он, просунув голову в воротник.
     В его голосе звучала такая издевка, что я был готов провалиться  сквозь
землю. Мои слова только смешили других...  И  я  решил:  больше  об  этом  -
никому.
     Однако нашелся в классе парнишка, с которым явно можно было  поделиться
своими сокровенными мыслями. Рослый, плечистый, такой же любитель бродить по
лесу, как и я. И спорт не был для него всем на свете, он много читал,  писал
стихи, любил погрезить, пофилософствовать. Звали его Арнольд. Мало-помалу  я
открыл ему свои замыслы. Он слушал  с  великим  вниманием.  Я  говорил,  что
задумал порвать с этой средой. Порвать начисто. Хочу  вернуться  к  природе.
Поселюсь где-нибудь в тропиках,  где  можно  питаться  тем,  что  растет  на
деревьях. Не желаю, став взрослым, жить в Европе, где за  каждым  углом  нас
подстерегает катастрофа. Вавилонская башня двадцатого века либо рухнет, либо
родит новую ужасную мировую войну. Лучше убраться отсюда подальше.
     С Арнольдом можно было отвести душу.
     Но как провести мечту в  жизнь?  Нужна  тщательная  подготовка.  Прежде
всего физическая тренировка и закалка, ведь я  никак  не  мог  назвать  себя
крепышом, а  впереди  -  трудные  испытания.  Один  из  моих  друзей,  Эрик,
отчаянный сорвиголова, после средней школы ушел в море. И за два года развил
как раз такую мускулатуру, какая была мне нужна. Эрик тоже не оченьто  верил
в современный прогресс. Он грезил об идеальном обществе в дебрях Африки  или
Мату-Гросу в Бразилии. Я так далеко не  замахивался.  Мне  бы  только  найти
девушку, которая согласилась бы вместе со мной осуществить задуманное.
     Вместе с Эриком и его друзьями я впервые занялся спортом. Мы  бегали  в
лесу, зимой становились на лыжи. В зимние каникулы устраивали походы, какими
тогда в Норвегии  мало  кто  увлекался:  запряжемся  в  сани  с  палаткой  и
продуктами, уйдем на лыжах в горы и неделями ночуем там, вдалеке  от  людей.
Потом мы отказались от палаток, брали с собой только теплые  спальные  мешки
из оленьих шкур и либо зарывались в снег, либо сооружали иглу на эскимосский
лад. Иллюстрированные репортажи о наших приключениях покрывали все  расходы.