дело выражает свои мысли ямбическим пентаметром[92].

     [92] Дотошный  Пуаро подтверждает, что насчитал девять  таких мест. Вот
одно, звучащее  наиболее по-шекспировски:  "Я  не нанесу удара слишком рано.
Подай мне знак, что слышишь меня". (Прим. авт.)

     А сержант  Кафф  напоминает, что, как он и  предвидел (отчасти с подачи
доктора Уилмота), мы больше  не встречаем в романе разговоров наедине  между
Еленой и Розой. Не говоря уже о беседах Елены с Невилом.
     -- После роковой ночи  прошло шесть месяцев,  -- говорит сержант. -- Мы
дошли  до  последней  страницы  пятого  выпуска.  А  эта  троица  больше  не
обменялась  друг  с другом  ни словом, по крайней мере в  нашем присутствии.
Такое  положение  вещей не  могло  сохраняться и  дальше, иначе  у  читателя
непременно зародились бы подозрения.

     ПОЛКОВНИК. Совершенно верно!
     КАФФ.  Но  Диккенс  очень  остроумно  выходит  из  положения,  намекая:
подобный  разговор  может  быть  опасен  для жизни. Он  заставляет Грюджиуса
произнести  вроде  бы  невинные  слова:  "Я  еще  не  решил,  насколько  при
сложившихся  обстоятельствах  будет  благоразумно,  если прелестная  молодая
леди, здесь присутствующая, станет поддерживать открытые сношения с Еленой и
мистером Невилом... С другой  стороны, мисс Роза, понятно, хочет видеть свою
подругу,  мисс  Елену, и, во  всяком  случае, желательно, чтобы мисс  Елена,
незаметным для других  образом, узнала из уст мисс Розы о том, что произошло
и чем ей угрожают".
     ЖАБА. Слушайте, слушайте!
     КАФФ.  С моей точки зрения,  это все  равно что  сказать:  "Как автор я
знаю, нельзя позволить им побеседовать и при  этом не проболтаться. Но иначе
читатель может что-то заподозрить. Поэтому в следующем выпуске разговор Розы
с Еленой  состоится. Просто,  сославшись на происки Джаспера, я устрою  так,
чтобы обещанная беседа ни в коем случае не произошла с глазу на глаз".

     Так  что же  придумал  автор?  Жажда  узнать, как  развивались  события
дальше,  возрастает у  наших  экскурсантов  настолько, что в итоге  Лоредана
связывается по  радиотелефону с "U & О". Имеется ли возможность прямо сейчас
произвести  внедрение следующего  номера через имеющиеся в автобусе наушники
для синхронного перевода?
     Судя по всему, ответ положительный, и в мгновение ока импульсы, несущие
информацию о  тексте Диккенса, достигли  подсознания специалистов. Не  успел
еще показаться Палатинский холм,  как все уже знали содержание сентябрьского
выпуска, того  самого, для  которого  автор  не успел  к 8  июня  1870  года
дописать  шести-семи  страниц  и  который   читатель   найдет  на  следующих
страницах...
     ЛОРЕДАНА. Но...

     Ах да, одну  минуту, читатель. Увлекшись обсуждением предыдущей главы и
достопримечательностями  древней  столицы,  мы  совсем  забыли  упомянуть  о
паре-тройке важных вещей.
     А. Двадцатая глава называется в  оригинале  "Divers  Flights". Для тех,
кто  не  знает английского языка,  Лоредана  поясняет,  что у слова "flight"