загрузка...

Новая Электронная библиотека - newlibrary.ru

Всего: 19850 файлов, 8117 авторов.








Все книги на данном сайте, являются собственностью уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая книгу, Вы обязуетесь в течении суток ее удалить.

Поиск:
БИБЛИОТЕКА / НАУКА / ФИЛОСОФИЯ /
Флавий Иосиф / Иудейские древности

Скачать книгу
Вся книга на одной странице (значительно увеличивает продолжительность загрузки)
Всего страниц: 89
Размер файла: 466 Кб
«« « 12   13   14   15   16   17   18   19   20  21   22   23   24   25   26   27   28   29   30  » »»


     При этих словах Нафана Давид велел позвать назад Вирсаву, которой он при появлении пророка приказал удалиться, и когда она пришла, то сказал: "Клянусь тебе всемогущим Господом Богом, что царем будет сын твой Соломон, как я поклялся уже раньше, и что он сядет на мой трон, и притом еще сегодня же". На это та поклонилась ему в ноги и пожелала ему еще много лет жизни. Затем Давид послал за первосвященником Садоком и за начальником отряда телохранителей Ванеею, и когда они явились, велел им взять пророка Нафана и всех воинов, находившихся во дворце, посадить сына его Соломона на царского мула и повезти его за город к колодцу, носящему название Гиона674[52], чтобы там помазать его священным елеем и тем провозгласить его царем. Последнее [миропомазание] должны были совершить первосвященник Садок и пророк Нафан, тогда как прочим он велел сопровождать Соломона по всему городу, трубить в рога и провозглашать многолетие взошедшему на престол царю Соломону, дабы знал весь народ, что сам отец объявил его царем. Соломону же Давид дал нужные наставления относительно образа правления и настойчиво рекомендовал ему подавать своим благочестием и справедливостью пример всему еврейскому народу, и особенно колену Иудову. Затем Ванея пожелал Соломону милостивой поддержки со стороны Всевышнего, и немного спустя все покинули дворец и посадили Соломона на мула. Потом они повезли его за город к названному источнику и, помазав юношу елеем, приехали с ним назад в Иерусалим с криками радости и пожеланиями многолетнего царствования. Когда же они привезли его в царский дворец, то посадили его на трон. Весь народ тотчас же стал бурно выражать свою радость и устроил блестящее празднество с плясками и музыкой на таком количестве инструментов, что от звуков их земля содрогалась и стон стоял в воздухе. 
     6. Когда же Адония и его гости услышали эти радостные клики, то очень смутились, а полководец Иоав заметил, что ему вовсе не нравятся все эти ликования и трубные звуки. Между тем был подан обед, но никто к нему уже и не думал прикасаться. И в то время как все сидели в полном замешательстве, внезапно вбежал Ионафан, сын первосвященника Авиафара. Адония всегда с удовольствием видел этого юношу и называл его предвестником добра. На этот раз, однако, он сообщил всем собравшимся о происшествии с Соломоном и царем Давидом. Тогда как Адония, так и все гости его повскакали из-за стола и бросились бежать, каждый к себе домой. Адония же, боясь гнева царя за все случившееся, обратился с мольбой о заступничестве к Господу Богу и с этой целью припал к жертвеннику и схватился руками за выдававшиеся по бокам концы его675[53]. Соломону между тем было донесено об этом, равно как о том, что Адония умоляет его дать ему слово, что преступление его будет Предано забвению и что он не подвергнется за него наказанию. Соломон весьма милостиво и разумно простил его на этот раз, но при этом велел ему напомнить, что, если он снова попадется в каких-нибудь интригах, ему придется пенять на самого себя. Затем он приказал ему подняться с земли и оставить это убежище. Когда же Адония пришел к Соломону и поклонился ему, последний отпустил его домой, уверив его в полной его безопасности и прося его впредь держать себя хорошо, ибо такое поведение послужит ему лишь на пользу. 
     7. Так как Давид намеревался перед всем народом провозгласить Соломона царем, то он с этой целью созвал в Иерусалим всех старейшин, священников и левитов. После того как он подсчитал их, он нашел среди них тридцать восемь тысяч человек от тридцатилетнего до пятидесятилетнего возраста. Из них он назначил двадцать четыре тысячи надзирателями за постройкой храма, шесть тысяч сделал народными судьями и их писцами, четыре тысячи привратниками дома Господня и стольких же певчими в храме, дабы играть на введенных Давидом инструментах, как мы уже выше упомянули. Затем он подразделил их на череды и, выделив священников, нашел, что между последними было двадцать четыре семьи, шестнадцать из дома Елеазара и восемь из дома Ифамара. После этого он постановил, чтобы каждая семья отправляла богослужение по очереди в продолжение восьми дней, от субботы до субботы. 
     Затем все отдельные череды, в присутствии Давида, первосвященников Садока и Авиафара и всех начальствующих лиц, стали метать жребий, и та череда, чей жребий выпал первым, была записана первой, за ней вторая и так далее до двадцать четвертой. Такое подразделение сохранилось по сей день676[54]. 
     Равным образом Давид разделил и представителей колена Левина на двадцать четыре смены, которые также по вышеуказанному образцу метали между собой жребий и затем тоже, как и священники, должны были по восьми дней служить в храме. Потомкам же Моисея он предоставил особенно почетную должность, а именно назначил их хранителями храмовой казны и тех жертвенных подношений, которые были подносимы Господу Богу разными царями. Вместе с тем он сделал распоряжение, чтобы все левиты и священники, сообразно Моисееву постановлению, отправляли богослужение непрерывно днем и ночью. 
     8. После этого он разделил все войско на двенадцать отрядов под командой отдельных военачальников, сотников и десятников. Каждый отряд заключал в себе двадцать четыре тысячи человек и должен был вместе со своими тысяцкими и сотниками нести службу при Соломоне в продолжение целых тридцати дней, от первого до тридцатого. Кроме того, он назначил еще над каждым отрядом по хорошему, ему лично известному начальнику, а также определил, кому заведовать казной, кому быть старшиной в деревне, кому следить за полеводством и т. д. Однако мы не считаем нужным перечислять здесь все эти должности поименно. 
     9. Когда Давид устроил все это вышеуказанным образом, то созвал в народное собрание начальствующих над евреями лиц, старшин отдельных колен, предводителей отдельных подразделений народа и всех поставленных во главе какого-нибудь дела, взошел на возвышение и обратился ко всем собравшимся со следующими словами: 
     "Братья и соплеменники! Я желал бы сообщить вам, что я имел в виду воздвигнуть храм Господу Богу и что с этой целью я заготовил множество золота и сто тысяч талантов серебра. Однако Предвечный через пророка Нафана возбранил мне это, так как я запятнал руки свои ведением за вас войн и убиением врагов своих, причем повелел, чтобы сын мой, который будет моим преемником на престоле, построил Ему этот храм. Так как вам, конечно, известно, что из двенадцати сыновей предка нашего Иакова один Иуда был назначен царем и что из шести братьев моих именно я был избран Господом Богом в цари и получил от Него власть без того, чтобы кто-нибудь из братьев моих выразил по этому поводу неудовольствие, то я теперь также прошу сыновей своих не ссориться между собою из-за того, что царская власть досталась Соломону, но всегда памятовать, что сам Всевышний избрал его для этого, почему и признавать его своим государем. Вполне естественно признавать, если того пожелает Господь Бог, даже чужеземца правителем; поэтому приходится лишь радоваться, если такая честь выпадет на долю родного брата, потому что в таком случае почет, которым он пользуется, становится отчасти и нашим собственным. Я со своей стороны молю Господа Бога лишь о том, чтобы обещания Его действительно оправдались и чтобы Он ниспослал обещанное нам в царствование Соломона, по всей стране и на вечное время. Обещания же эти будут исполнены с лихвою, если ты, сын мой, явишь себя государем благочестивым и справедливым и охранителем древних законов; если же этого не будет и ты нарушишь данные предписания, то знай, что тебя ждет одно лишь горе". 
     10. Такими словами царь закончил речь свою. Затем он на глазах у всех передал Соломону подробный план будущего храма с обозначением размеров фундамента, стен и крыши по объему, вышине и ширине, с подробным указанием веса отдельных золотых и серебряных принадлежностей. Вместе с тем он обратился к Соломону с увещеванием отдаться всем сердцем приведению в исполнение этого предприятия, начальствующих же лиц и колено Левине он просил оказать возможную поддержку его сыну, который, хотя еще и молод, тем не менее избран самим Всевышним в строители храма и в представители власти. Тут же он не преминул напомнить им, что вся эта постройка не представит для них лично особенных затруднений и не потребует от них каких-либо чрезвычайных жертв, потому что он сам уже успел позаботиться о заготовке значительного количества талантов золота, а еще больше серебра и дерева, равно как о назначении строителей и каменотесов и о подборе изумруда и всякого рода драгоценных камней. Кроме того, заявил Давид, он теперь назначает еще три тысячи талантов червонного золота из собственных своих средств для украшения Святая Святых, а также для сооружения колесницы Господней и херувимов, которые должны быть помещены на кивоте завета, дабы осенять его своими крыльями. 
     После того как Давид умолк, начальствующие лица, священники и представители колена Левина с большою готовностью стали жертвовать тут же на храм и обещать блестящие и ценные на него приношения. Так, например, они выразили готовность представить пять тысяч талантов и десять тысяч статиров677[55] золота, десять тысяч талантов серебра и множество десятков тысяч талантов железа. У кого имелся какой-либо драгоценный камень, тот отдавал его в казнохранилище, которым заведовал потомок Моисея, Иал. 
     11. При виде такого необычного рвения старейшин, священнослужителей и всех прочих Давид и весь народ с ним очень обрадовались и царь начал громким голосом восхвалять Господа Бога, называя Его отцом и создателем всего существующего, устроителем всего человеческого и божественного, которым возвеличивается Он сам, и родителем и властелином еврейского племени, о благополучии которого Он заботится, ради чего и сделал его царем над ним. Пожелав затем всему народу всяких благ, а сыну своему Соломону здравомыслия, справедливости и украшенного всяческими добродетелями сердца, Давид предложил собравшейся массе народной восхвалить Господа Бога. Тогда все присутствующие пали ниц, помолились Предвечному и выразили свою признательность Давиду за все те блага, которыми они наслаждались во время его царствования. На следующий же день они принесли Господу Богу в жертву всесожжения тысячу телок и столько же баранов и овец. Равным образом они принесли и очистительные жертвы и с этой целью заклали много десятков тысяч жертвенных животных. В продолжение целого дня царь принимал участие в народном празднестве. Соломон вторично был помазан елеем и провозглашен царем. Садок же объявлен первосвященником всего народа. При этом Соломона повели в царский дворец и посадили на отцовский престол и с этого дня оказывали ему повиновение, как правителю678[56]. 
      
Глава пятнадцатая
     1. Спустя некоторое время Давид от старости впал в болезнь; видя, что приходится умирать, он призвал к себе сына своего Соломона и обратился к нему со следующим увещанием: "Я, сын мой, собираюсь теперь отойти к своим предкам, и мне приходится пуститься в общий всем нам как ныне, так и в будущем путь, с которого еще никогда никто не возвращался, чтобы узнать, что делается тут среди живых. Поэтому, пока я жив, но уже столь близок к смерти, я еще раз напомню тебе о том, что я тебе советовал неоднократно и раньше, а именно: чтобы ты был справедлив к своим подданным, благочестив по отношению к даровавшему тебе царскую власть Господу Богу, чтобы ты соблюдал Его постановления и законы, которые Он ниспослал нам при посредстве Моисея, и чтобы ты ни в силу угодливости кому-нибудь, ни вследствие лести или старости или какого-нибудь другого побуждения не вздумал отвращаться от этих законов. Если ты нарушишь законы, то ты отвратишь от себя милостивое благоволение Всевышнего и навсегда лишишься Его доброжелательной поддержки. Если же будешь держать себя так, как должно и как я прошу тебя, то ты сохранишь за родом нашим царскую власть и не будет среди евреев другой династии, кроме нашей, которая будет править во веки веков. Помни также о беззаконии, совершенном военачальником Иоавом, который из зависти умертвил двух почтенных и хороших полководцев, Авеннира, сына Нира, и Амессу, сына Иефера. Можешь наказать его за смерть этих мужей, как тебе самому заблагорассудится, потому что Иоав, будучи сильнее и могущественнее меня, до сих пор сумел избежать этого наказания. Вместе с тем поручаю тебе детей галаадца Верзелея; оказывай им, в угоду мне, всякий почет и заботься о них, потому что этим мы не окажем им лишнего благодеяния, но только воздадим им должное за поддержку, которую их отец оказал мне во время моего собственного изгнания. Для наказания же Гиры, сына Семея из колена Веньяминова, найди теперь подходящий предлог, потому что он сильно поносил меня во время моего бегства; затем же, когда я направился к Маханаиму, он выступил мне навстречу близ Иордана и вынудил у меня слово, что тогда он не подвергнется наказанию". 
     2. Дав своему сыну эти наставления относительно управления, поручив его вниманию друзей своих и указав на тех лиц, которые заслужили наказание, Давид умер на семидесятом году своей жизни, быв царем в Хевроне над коленом Иудовым в продолжение семи лет и шести месяцев и процарствовав в Иерусалиме над всею страною тридцать три года. 
     Это был человек в высшей степени достойный, обладавший всеми качествами, необходимыми царю, в руках которого лежит благополучие стольких народностей. Будучи храбр, как никто другой, Давид в сражениях за независимость своих подданных всегда первый шел навстречу всяким опасностям и личным примером в строю побуждал солдат своих к перенесению всех тягостей боя, а не одними только приказаниями, как обыкновенно делают государи. При этом он обладал большою проницательностью и дальновидностью относительно будущего и отлично умел распоряжаться в каждый отдельный момент. Он отличался скромностью, мягкостью, отзывчивостью на нужды несчастных, справедливостью и человеколюбием, т. е. такими качествами, которыми именно и надлежит отличаться царям. При этом он никогда не злоупотреблял своею столь обширною властью, исключая случай с женою Урии. Вместе с тем он оставил после себя такие богатства, каких не оставлял ни один царь не только еврейский, но и никакого другого народа. 
     3. Сын Давида, Соломон, блестящим образом похоронил отца в Иерусалиме и не только устроил ему обычные царские похороны со всею подобающею торжественностью, но и опустил в могилу несметное количество драгоценностей, об обилии которых можно себе составить некоторое представление по следующему: когда тысячу триста лет спустя первосвященник Гиркан679[57], подвергаясь осаде со стороны Димитрия, Антиоха, прозванного благочестивым, хотел откупиться от осады деньгами и нигде не мог найти требуемой суммы, то он открыл часть склепа Давида и вынул оттуда три тысячи талантов, которые и вручил Антиоху, чем освободился от осады, как мы уже рассказывали в другом месте680[58]. По происшествии опять-таки многих лет царь Ирод в свою очередь вскрыл гробницу Давида и также извлек из нее массу денег. Впрочем, ни Гиркан, ни Ирод не добрались до самих гробов царей, так как эти гробы были так искусно зарыты в землю, что при входе в мавзолей нельзя было догадаться, где они находятся. Однако пока об этом довольно681[59]. 
      





Книга восьмая
 
Глава первая
     1. Итак, в предшествующей книге мы рассказали о Давиде и о его доблести, о том, какие благодеяния оказал он своим единоплеменникам и после каких и скольких войн и битв он умер, достигнув преклонного возраста. После него царская власть перешла к его еще молодому сыну Соломону, которого Давид еще при жизни, сообразно желанию Господа Бога, назначил правителем всего народа. И вот, когда Соломон вступил на престол, народ, как это всегда бывает при воцарении властелина, приветствовал его радостными кликами и пожеланиями видеть полную удачу во всех его предприятиях и дожить до глубокой старости в довольстве и благополучии в государственных делах. 
     2. Между тем Адония, который еще при жизни Давида пытался овладеть престолом, явился к матери царя, Вирсаве, и, приветствовав ее самым вежливым образом, начал на ее вопрос, не имел ли он какого-нибудь до нее дела, и на приглашение ее высказаться, так как она готова охотно оказать ему всяческое содействие, излагать следующее: Вирсава-де знает, что, хотя царская власть, как по существу своему, так и ввиду его, Адонии, более зрелого возраста, а особенно вследствие выраженного народом желания, и должна была бы принадлежать ему, Адонии, но так как эта власть по определению Предвечного досталась ее сыну Соломону, то он, Адония, вполне удовлетворяется таким положением вещей и готов охотно подчиниться обстоятельствам и свыкнуться с теперешними условиями. При этом он просит царицу лишь о том, чтобы она взяла на себя труд убедить брата его Соломона отдать ему, Адонии, в жены Ависаку, ходившую за их отцом, что вполне возможно, потому что Давид, по старости, не жил с нею и она осталась еще девицей. На это Вирсава ответила обещанием сделать все от нее зависящее для того, чтобы устроить для них обоих этот брак, тем более что и Соломону, вероятно, хочется сделать ей удовольствие, и потому она попросит его об этом насколько можно убедительнее. Ввиду всего этого Адония, вполне обнадеженный ею относительно указанного брака, простился с нею, Вирсава же немедленно отправилась к сыну своему Соломону для того, чтобы сообщить ему о настоятельной просьбе Адонии. Сын ее вышел к ней навстречу, заключил мать в объятия, повел ее в ту комнату, где стоял его царский трон, и, воссев на него, приказал поставить направо от себя такой же трон и для матери своей. Когда Вирсава села, то обратилась к Соломону со следующими словами: "Исполни для меня, сын мой, одну только просьбу, с которою я обращусь к тебе, и не огорчай и не расстраивай меня отказом". На это Соломон предложил Вирсаве изложить свое желание, указав при этом случае, что всякое желание матери является для сына священным, и пожурив ее сначала даже немного за то, что она могла не надеяться на исполнение своей просьбы и даже могла подумать о возможности отказа с его стороны. Тогда Вирсава стала просить его отдать его брату Адонии в жены девушку Ависаку. 
     3. Царь, однако, страшно рассердился на эти слова своей матери и попросил ее удалиться, указав на то, что Адония добивается гораздо более серьезных целей и что сам он, Соломон, удивляется, почему в таком случае она не советует ему уступить Адонии как старшему брату также и царскую власть, раз Вирсава уже хлопочет о разрешении для него жениться на Ависаке: ведь у Адонии очень сильные друзья в лице военачальника Иоава и первосвященника Авиафара. Вместе с тем Соломон тут же приказал послать за начальником отряда телохранителей Ванеею и повелел ему умертвить брата Адонию. Затем он призвал к себе первосвященника Авиафара и сказал ему: "От смертной казни избавляет тебя, между прочим, лишь то обстоятельство, что ты вместе с отцом моим разделял опасности, и то, что ты вместе с ним унес ковчег завета. Но так как ты принял сторону Адонии и поддерживал его в его стремлениях, то вот что будет тебе за это наказанием: тебя больше здесь не будет; не показывайся мне отныне на глаза, но отправляйся к себе на родину и живи у себя в деревне. Такова да будет жизнь твоя вплоть до смерти твоей, так как вина твоя не позволяет тебе дольше пользоваться почетом своего сана". Таким образом по указанной причине потомство Ифамара лишилось первосвященства, подобно тому как то предсказал Господь Бог еще деду Авиафара, Илию, а первосвященство перешло к роду Финееса, именно к Садоку. А до тех пор, пока первосвященство не перешло к семье Ифамара в лице первого ее представителя - первосвященника Илия, следующие лица из рода Финееса оставались частными людьми: сын первосвященника Иосафа - Воккий, сын последнего Иоафам, сын Иоафама - Марэоф, сын Марэофа - Арофей, сын Арофея - Ахитов и сын Ахитова - Садок, который первый стал во время царствования Давида первосвященником. 
     4. Узнав об умерщвлении Адонии, военачальник Иоав сильно испугался, потому что он был гораздо более привязан к нему, чем к царю Соломону. Не без основания предвидя и для себя опасность вследствие своего расположения к Адонии, Иоав искал убежища у подножия жертвенника, причем рассчитывал на благочестие царя, который не причинит ему вреда, раз он прибег к защите святыни. Но когда Соломону донесли о решении Иоава, царь приказал Ванее силою увести Иоава из святилища и доставить в суд, дабы тот мог тут оправдываться лично. Но Иоав ответил, что он не покинет святилища, но предпочитает умереть здесь, чем в другом месте. Когда же Ванея сообщил царю об этом его ответе, то Соломон повелел поступить сообразно желанию Иоава, а именно отрубить ему тут же, в храме, голову, дабы он понес такое наказание за преступное умерщвление двух полководцев682[1], а тело предать земле. Таким образом преступления Иоава не должны были проститься его потомству, тогда как в смерти Иоава нельзя было уже винить ни самого царя, ни его отца. 
     Исполнив возложенное на него поручение, Ванея сам был назначен главнокомандующим всем войском, тогда как Садока царь сделал единственным первосвященником на место Авиафара, которого он сместил с должности. 
     5. Вместе с тем он повелел Семею выстроить себе дом в Иерусалиме и остаться здесь на постоянное жительство, не имея права переходить чрез поток Кедрон, причем объявил, что, если он нарушит это предписание, его постигнет за это смертная казнь. При этом Соломон принудил Семея путем такой страшной угрозы дать соответствующую клятву в точности исполнения указанного предписания. Ввиду всего этого Семею пришлось лишь согласиться на предложение царя и, скрепив свое обещание клятвою, покинуть навсегда родину и поселиться в Иерусалиме. По истечении трехлетнего срока Семей однажды узнал, что у него убежало двое рабов, которые в данный момент находятся в Гитте. Вследствие этого известия он отправился вдогонку за своими беглыми служителями. Когда же Семей вернулся с ними [в Иерусалим] и царь узнал о том, что он не только нарушил его, царя, повеление, но - что было гораздо хуже - не обратил также ни малейшего внимания на связанное с этим клятвопреступление, то Соломон страшно рассердился и, велев позвать к себе Семея, обратился к нему со следующими словами: "Разве ты не поклялся не уходить от меня и не перебираться из этого города в другой? Поэтому ты не только не избегнешь наказания за свое клятво нарушение, но поплатишься зараз также и за тот позор, который ты, по гнусности своей, навлек на отца моего во время его бегства. Таким образом ты узнаешь, что злодеи ничего не выигрывают оттого, что наказание не постигает их непосредственно за их злодеянием, но что возмездие за все то время, в продолжение которого они считают себя в безопасности и неответственными за свои проступки, растет и значительно превосходит в конце концов то наказание, которому они подверглись бы, будучи уличены на месте преступления". Затем, по приказанию царя, Ванея убил Семея683[2]. 
      
Глава вторая
     1. После того как Соломон успел укрепить за собою престол и наказать всех своих противников, он женился на дочери египетского фараона684[3]. Укрепив затем более прежнего и увеличив объем стен Иерусалима685[4], он после этого уже правил, пользуясь полнейшим миром. При этом юные годы его686[5] не препятствовали ему быть справедливым, строго соблюдать законы и помнить предсмертные наставления отца своего, но решать все дела с большою осмотрительностью, как будто бы он был гораздо старше своих лет и обладал значительно большею опытностью. Равным образом он решил отправиться в Хеврон687[6] и принести тут жертву Господу Богу на воздвигнутом некогда Моисеем в том месте медном жертвеннике; с этой целью он принес там в жертву всесожжения Предвечному тысячу жертвенных животных. Не успел он сделать это, как уже мог убедиться, что его жертвоприношение милостиво принято Господом Богом. Дело в том, что в ту же ночь Предвечный явился Соломону во сне и предложил ему назвать награду, которую Господь Бог мог бы даровать ему за его великое благочестие. 
     Тогда Соломон стал просить Всевышнего даровать ему самое лучшее и высшее, что и Господу Богу будет приятнее всего дать, и человеку полезнее всего получить; а именно: он не стал просить, как бы сделал всякий другой человек на его месте, да притом еще юноша, ни золота, ни серебра, ни прочих богатств (что в глазах большинства людей одно только и считается единственно желательным даром от Господа Бога), но воскликнул: 
     "Даруй мне, Господи, здравый ум и ясную мысль, дабы я, судя народ мой, мог всегда находить истину и решать дела его по всей справедливости". Такой просьбе обрадовался Предвечный и возвестил Соломону, что Он дарует ему не только то, о чем тот просил его, но и то, о чем он не упоминал в своей просьбе, а именно богатство, славу, победу над врагами, а главным образом такой ум и такую мудрость, какою до него не обладал никто из людей, ни царь, ни частный человек. При этом Господь Бог обещал ему сохранить за ним и за его потомством на отдаленнейшие времена и царство его, если только он останется человеком справедливым, будет повиноваться Ему и станет подражать всем отличным качествам отца своего. Получив такое предсказание от Предвечного, Соломон тотчас поднялся со своего ложа и, помолясь Господу Богу, вернулся в Иерусалим, где устроил пред скиниею торжественное жертвоприношение, после которого угостил всех иудеев. 
     2. К тому же времени ему пришлось разобрать одно судебное дело, благополучное разрешение которого представлялось затруднительным. Остановиться на этом деле, Которое приходилось ему тогда разрешить, я счел необходимым для того, чтобы ясно представить своим читателям всю трудность этого процесса и чтобы они, если бы очутились в подобном же положении, смогли бы на примере остроумия Соломона поучиться, как следует поступать в такого рода случаях. К царю явились две публичные женщины, из которых та, которая выставляла себя потерпевшей, обратилась к Соломону со следующею речью: "Я, царь, живу вместе с этою женщиною в одном доме. И вот случилось, что мы обе в один и тот же день и час688[7] родили по дитяти мужского пола. По прошествии трех дней эта женщина заспала своего ребенка, унесла затем мое дитя к себе и подложила мне, пока я еще спала, своего мертвого ребенка. И вот, когда я утром захотела покормить своего младенца грудью, я не нашла его, а увидела возле себя мертвое дитя ее. Все это я выяснила путем точного расследования. В силу этого я требую обратно своего ребенка и, не достигнув этого, прибегаю, владыка, к твоей помощи: так как мы были одни в доме и этой женщине не приходится опасаться никаких изобличителей ее лжи, она упорно продолжает настаивать на своем". 
     На это ее обвинение царь обратился с вопросом к другой женщине, что она имеет возразить на сказанное. Когда же та стала отрицать взводимое на нее обвинение, говоря, что живой ребенок - ее дитя, тогда как младенец ее противницы умер, и когда никто из присутствовавших не мог рассудить этот спор, но все бродили перед этим случаем как впотьмах, один лишь царь понял, как поступить. Послав одного из своих телохранителей, он велел принести живого младенца, равно как труп мертвого дитяти, а затем приказал разрубить обоих пополам и вручить по одной половине того и другого каждой из женщин. При этом решении весь народ втайне посмеялся над царем, якобы поступившим в этом случае совершенно по-детски, но в ту же минуту настоящая мать с громким воплем потребовала не делать этого и согласилась отдать другой женщине своего ребенка, как будто бы та была его родною матерью (она готова была удовлетвориться одним уже сознанием, что ребенок останется в живых и она сможет видеть его, хотя бы он и считался не ее дитятею), тогда как другая женщина охотно согласилась видеть дитя умерщвленным для того, чтобы вдобавок иметь возможного лицезреть отчаяние своей противницы. По голосу сердца обеих женщин царь, однако, узнал всю истину и постановил отдать ребенка той, которая так сильно возопила при его первом решении (по этому воплю он узнал в ней настоящую мать ребенка), а другую решил наказать за то, что она, умертвив свое собственное дитя, еще старалась загубить младенца подруги. По такому решению всему народу пришлось убедиться, каким необычайным умом и какою мудростью обладает этот царь, и с того дня все относились к нему раз навсегда как к человеку, имеющему в своем распоряжении просто божественный разум. 
     3. Что касается военачальников и правителей над отдельными частями всей страны, то это были следующие лица: начальником над областью Ефремовою был Ур, над областью Вифлеемскою - Диоклир. Правителем же Дора и приморской местности был сделан Авинадав, тот самый, который женился впоследствии на дочери Соломона. Так называемая большая равнина689[8] находилась в ведении Ваней, сына Ахилова, который был также наместником над всею страною до Иордана. Областью галаадскою и гауланскою по ею сторону Бивана с шестьюдесятью большими и весьма укрепленными городами правил Гавар. Ахинадав был наместником над всею Галилеею до города Сидона; он также был зятем Соломона, будучи мужем его дочери Васимы. 
     Ванакат правил прибрежною областью Арки (Акры), а Иосаф местностью, где находились горы Итавирийские и Кармель, а также всею нижнею Галилеею (до реки Иордана). Над всеми этими лицами был поставлен в свою очередь один главный начальник; Семею была предоставлена в управление область колена Веньяминова, а Гавару - земля по ту сторону Иордана, а над обоими опять-таки был назначен один главный начальник. Удивительно, как поднялся тогда в своем расцвете весь еврейский народ и [особенно] колено Иудово, после того как они обратились к обработке земли и вообще к сельскому хозяйству. А так как они пользовались плодами мирного времени и не были обеспокоиваемы ни внешними войнами, ни внутренними смутами, причем к тому же пользовались полнейшею, наивозможнейшею свободою, каждый имел возможность умножать свое имущество и качественно улучшать его. 
     4. Кроме вышеуказанных, были у царя еще другие наместники, именно над областью сирийского и чужеземными местностями на пространстве от реки Евфрата до страны Египетской. На обязанности этих лиц лежало собирание податей с [покоренных] народов. Они должны были ежедневно представлять к обеденному столу царя тридцать коров690[9] пшеничной муки, шестьдесят откормленных волов, двадцать штук крупного рогатого скота с пастбищ и сотню откормленных баранов. Все это продовольствие, не считая дичи, оленей, буйволов, птицы и рыбы, ежедневно доставлялось царю чужеземными его подданными. Кроме того, у Соломона было такое множество колесниц, что у него имелось сорок тысяч стойл для упряжных лошадей. Помимо последних он имел двенадцать тысяч верховых коней, из которых половина всегда находилась в распоряжении у царя в самом Иерусалиме, а остальные были распределены по отдельным царским поместьям691[10]. Тот же самый чиновник, которому была поручена обязанность снабжать царский стол продовольствием, должен был заботиться и о содержании лошадей, сопровождая с этой целью царя повсюду, где бы он ни находился. 
     5. Ко всему этому богатству Господь Бог даровал Соломону столь великую опытность и мудрость, что он превосходил в этом отношении всех людей, живших до него, даже египтян, которые, по общему мнению, отличаются особенною сообразительностью: они не только не могли сравняться в этом отношении с ним, но безусловно стояли неизмеримо ниже его. Мудростью своею Соломон значительно превосходил даже тех славившихся в его время у евреев за свою проницательность лиц, имена которых я не могу обойти молчанием, а именно сыновей Емаона, Ефана, Эмана, Халкея и Дардана. Он сочинил в стихах и в виде песен тысячу пять книг и три тысячи книг притч и парабол692[11], при виде каждого дерева, от иссопа до кедра, он умел сообщить какую-нибудь притчу, равным образом как и относительно всех диких зверей и ручных животных, рыб и птиц. Не было ни одной черты их образа жизни, которая осталась бы неизвестною ему или которую он оставил бы без внимания; напротив, о всех их он умел сообщить что-нибудь и при этом обнаруживал основательнейшее знакомство с мельчайшими их особенностями. Господь Бог даровал Соломону также возможность изучить искусство входить в общение с демонами на пользу и на благо людям. Дело в том, что Соломон оставил после себя заклинания для излечения всяких болезней и волшебные формулы, с помощью которых возможно так связать демонов, что они никогда более не рискнут вернуться к людям. Это искусство до сих пор еще весьма сильно процветает среди нас693[12]. Так, например, мне пришлось слышать о некоем Елеазаре, нашем единоплеменнике, как он однажды в присутствии Веспасиана694[13], сыновей последнего, тысяцких и массы войска избавил всех, одержимых злыми духами, от последних. При этом он поступил следующим образом: он подносил к носу одержимого демоном палец, на котором находился перстень с включенным в нем корнем указанного Соломоном растения, и тем извлекал у бесноватых демона из ноздрей. Больной, конечно, тотчас падал замертво на землю, и всякий, присутствовавший при этом, готов был бы поклясться, что он уже больше не придет в себя, если бы не было Соломона и составленных им формул заклинаний. Желая, однако, вполне убедить присутствующих в том, что он действительно обладает указанной силою, Елеазар велел ставить вблизи бесноватого наполненный водою кубок и сосуд для омовения ног и приказывал демону при выходе из тела больного опрокидывать сосуд, чтобы все зрители на деле могли убедиться, что злой дух действительно покинул одержимого. Так как дело таким образом и происходило, то всем представлялась возможность убедиться в действительно глубокой мудрости Соломона. Мы потому считали себя принужденными рассказать об этом случае, чтобы всем стала известна необычайная даровитость богоприятного царя [Соломона] и чтобы никому из живущих на земле не оставалось неизвестным, в какой мере Соломон обладал всеми качествами для того, чтобы считаться совершенством. 
     6. Между тем царь тирский Хирам, узнав, что отцовский престол перешел к Соломону, очень обрадовался (потому что Хирам был дружен с Давидом)695[14] и отправил к нему посольство с поздравлением и с пожеланием ему всякого благополучия. По этому поводу Соломон послал Хираму ответное письмо следующего содержания: 
     "Царь Соломон - царю Хираму. Тебе известно, что отец мой имел намерение воздвигнуть Господу Богу храм, но ему воспрепятствовали привести это намерение в исполнение ведение войн и постоянные походы. Между тем он успокоился не раньше, чем победил всех врагов и сделал всех их данниками своими. Что же касается меня, то я возношу благодарность Предвечному за ныне наступивший у меня мир, благодаря наличности которого мне предоставляется возможность исполнить свою мечту и воздвигнуть храм Господу Богу, сообразно с тем, как это было относительно меня предсказано уже раньше Предвечным отцу моему. Ввиду всего этого прошу тебя послать нескольких твоих мастеров на подмогу моим мастерам на гору Ливан, чтобы там совместно с ними валить деревья, потому что к рубке деревьев сидонийцы оказываются гораздо способнее наших людей. Что же касается вознаграждения этим дровосекам, то я им выдам такое, какое тебе благоугодно будет назначить". 
     7. Получив и прочитав это письмо, Хирам, польщенный поручением царя, ответил Соломону следующим образом: 
     "Царь Хирам - царю Соломону. Следует вознести благодарственную молитву к Всевышнему, что Он даровал тебе, человеку мудрому и во всех отношениях достойному, родительский престол. Радуясь этому, я с готовностью исполню все твои поручения. А именно: я прикажу срубить множество крупных кедров и кипарисов, велю людям моим доставить их к морю и распоряжусь, чтобы те немедленно затем составили из них плоты и пригнали их к любому пункту твоей страны, куда ты пожелаешь. Затем уже твои люди смогут доставить этот строительный материал в Иерусалим. Вместе с тем предлагаю тебе взамен этого позаботиться о доставлении нам хлеба, в котором мы нуждаемся, потому что живем на острове". 
     8. И до сего дня сохранились копии этих писем не только в наших [священных] книгах, но и в летописях жителей Тира, так что если кто-нибудь захочет убедиться в этом воочию, то ему стоит лишь вступить по этому поводу в соглашение с казенными хранителями архивов в Тире, и он найдет, что их данные вполне соответствуют нашим696[15]. Все это я привожу лишь к тому, чтобы убедить своих читателей, что я в своем рассказе ничего не прибавляю к действительности и что не только не пытаюсь путем каких-нибудь льстивых или обманных или рассчитанных на увеселение эпизодов уклониться от настоящей материи, нисколько не претендую на слепую веру в мои сообщения и не ожидаю, в случае извращения мною действительных фактов, остаться без укора, но и не рассчитываю ни на какое доверие, помимо того, которое я мог бы оправдать путем приведения точных и непреложных доказательств истинности моего рассказа. 
     9. Когда царь Соломон получил ответное письмо тирского царя, то он не мог не отнестись сердечно к выказанным последним преданности и благорасположению и в ответ на это исполнил просьбу Хирама, а именно стал высылать ему ежегодно двадцать тысяч коров пшеницы и столько же батов оливкового масла. Бат содержит в себе семьдесят две меры. Вместе с тем Соломон посылал ему такое же количество вина. Все это повело лишь к еще большему скреплению дружбы между Хирамом и Соломоном, которые к тому же поклялись друг другу в вечной верности. 
     Затем царь Соломон набрал со всего народа тридцать тысяч работников, которыми он весьма облегчил пред стоявший им труд путем умелого распределения последнего между ними. Дело в том, что он назначал на один месяц партию в десять тысяч человек дровосеками на горе Ливанской, а затем отпускал эту партию домой на отдых на два месяца, в течение которых остальные двадцать тысяч рабочих делали свое дело. Когда же истекал срок и их работы, то на место их становились первые, которым таким образом в течение четвертого месяца приходилось отрабатывать свою долю. Общим руководителем всего этого количества рабочих рук был назначен Адорам. Из представителей податных сословий, которых оставил после себя Давид, семьдесят тысяч были назначены в виде носильщиков камней и прочих строительных материалов, а восемьдесят тысяч получили занятия в каменоломнях. Над всеми ими было поставлено три тысячи триста надзирателей. Затем Соломон поручил этим рабочим наломать для фундамента храма огромных камней и, предварительно обтесав и примерно пригнав друг к другу еще на месте, в горах, доставлять затем уже таким образом в обделанном виде в город. Впрочем, эту работу исполняли не одни только туземные рабочие, но и некоторые из тех мастеров, которых прислал Хирам697[16]. 
«« « 12   13   14   15   16   17   18   19   20  21   22   23   24   25   26   27   28   29   30  » »»

Новая электронная библиотека newlibrary.ru info[dog]newlibrary.ru