У Ракото есть семья, жена.
     - А дети?
     Был ребенок, шестимесячный. Но умер недавно.
     - Отчего?
     Известно, малярия.
     - А что, лекарства не помогли?
     Не было лекарств, не получал он никаких лекарств.
     Ракото убегает от нас,  охваченный паникой.  Причиной внезапного страха
был  не  вазаха,   дежуривший  на  складе,   а  мы  сами:  Ракото  испугался
неожиданного подарка -  целой пачки папирос.  Суеверный мальгаш не  понимает
такой щедрости.  Он подозревает опасное колдовство. Быть может, чужие вазахи
хотят  опутать его  душу?  Быть  может,  белые -  мпамосавы,  злые  чародеи,
навязали ему такой щедрый подарок,  чтобы покрепче усыпить его бдительность?
О,  Ракото не даст себя одурачить! Ракото осторожен, проницателен, бдителен!
Он  бросает на  нас враждебный взгляд и  со  сдавленным стоном на устах и  с
пачкой папирос в кулаке убегает что есть мочи. Он бдителен!
     Невольно напрашивается вопрос:  когда же Ракото прозреет и бдительность
свою направит по  верному пути -  на  настоящих врагов?  Пока что  благодаря
современному чуду,  по  выражению  купца  Тинера,  в  виде  подушного налога
ободранный,  нищий  Ракото совершает огромный,  непосильный подвиг.  Деньги,
которые  он  отдает,  приводят в  движение громадную колониальную машину,  а
дешевый труд его рук обеспечивает благополучие не  только чиновников,  но  и
колонизаторов. Ракото - известный лентяй!


        "x x x"

     Индус Амод был не  прав.  Ночью буря не  нарушила тишины.  Мы плаваем в
собственном поту на мокрых простынях.  На следующий день Индийский океан был
так же спокоен и  гладок,  как и  до сих пор.  В  этот день мы вошли в  порт
острова  Сент-Мари.  Остров  овеян  запахом гвоздики,  деревья которой здесь
растут повсюду,  и воспоминаниями об одной из самых бурных страниц в истории
человечества.
     Сент-Мари был в течение XVII и в начале XVIII века островом европейских
пиратов.  Изгоняемые из  американских вод,  они  переносили свой  промысел в
Индийский океан. В 1700 году морские пираты достигли огромного могущества, и
богатые флотилии восточно-индийских компаний всецело зависели от их милости.
Жертвами пиратов были не только европейские суда,  ведущие торговлю с Индией
и  архипелагом коренных островов,  -  разбойники так же  рьяно действовали у
выходов  Красного  моря  и  Персидского  залива.   Здесь  они  охотились  за
арабскими,   персидскими  и   индусскими  купцами,   а   вблизи  Мадагаскара
захватывали много рабов для продажи в других частях света.
     После кровавых набегов пираты возвращались на остров Сент-Мари отдыхать
и  кутить.  Здесь  создавалась какая-то  дьявольская республика разбойничьей
братии,  которая  придерживалась  нескольких  строгих  правил  своеобразного
savoir vivre (уметь жить).  В  иные годы на острове находили приют до тысячи
пиратов   всех   морских  национальностей,   но   главенствовали  англичане.
Бесшабашные пьянки часто  кончались повальной резней.  Единственное в  своем
роде  скопище  существовало  примерно  до   1720  года,   пока  объединенная
экспедиция  военных  кораблей  европейских  государств  не   положила  конец