великим королем - ампансакабе. Поступили они так потому, что Франция в
результате интриг губернаторов острова Иль-де-Франс решила отозвать
Беневского, а дело его предать забвению. Провозглашение Беневского великим
королем Мадагаскара нанесло французской колониальной политике существенный
удар. Настолько существенный, что он даже был причиной смерти Беневского. А
память об этом дне была вычеркнута из истории. Политика колониальных
государств в таких случаях беспощадна: убирает свидетелей, уничтожает их
следы, клевещет, высмеивает или покрывает все убийственным молчанием.
Желая во что бы то ни стало осуществить свою идею, Беневский решился на
отчаянный шаг. Он поехал во Францию лично доложить французскому
правительству, как обстоит дело, и бороться за судьбу своей экспедиции.
Несмотря на отрицательный ответ французских властей, Беневский не
переставал думать о возвращении. Но прошло немало лет, пока он снова попал
на Мадагаскар, и то по поручению англо-американской компании. В июне 1785
года Беневский с двумя десятками друзей снова прибыл на Мадагаскар.
Восстанавливая после почти десятилетнего отсутствия дружеские отношения
с мальгашами, Беневский принялся кропотливо создавать основы своего
государства. Прежде всего он построил над морем вблизи Ангонцы и залива
Антонжиль укрепленное селение. Правителям Иль-де-Франса он послал
официальное сообщение о своем прибытии с уверением, что готов сотрудничать с
французской колонией и предоставляет ей преимущественное право поставки
продуктов на остров. Французы не пожелали такой расстановки сил. Они выслали
против Беневского вооруженный отряд под командой капитана Ларшера. Поход его
был удачен. Если на Мадагаскаре так и не образовалось государство под
управлением Беневского, то в этом целиком повинен непредвиденный случай.
Французская пуля сразила его в самом начале стычки. Это был удивительный
каприз судьбы. Никто не погиб, кроме него, невластвовавшего короля
Мадагаскара.
Вопреки бешеной клеветнической кампании, которая велась против него в
течение полутора веков шовинистическими кругами Франции, доброе имя и слава
Беневского победили. Большую услугу оказали его дневники. В конце
восемнадцатого столетия они были переведены на многие европейские языки и
были очень популярны. Немало поэтов, писателей, драматургов всех стран брали
темы для своих произведений из жизни Беневского.
Однако во всем этом есть какая-то нелепая, тревожная загадка. Нынешние
мальгаши совершенно не помнят истории Беневского, не знают ни легенд, ни
былин о нем. Я пытался разузнать о нем в Мароанцетре - ничего; расспрашивал
здесь, в Амбинанитело - никаких следов.
В нескольких сотнях метров от нашей хижины высится гора, на которой
согласно подробному описанию современников стоял построенный Беневским форт
Августа и где некоторое время жил он сам. Ныне, понятно, там непроходимый
лес, а на склонах - мальгашские плантации гвоздики, - это все. Ничто не
напоминает о Беневском.
Как-то я пригласил учителя Рамасо на чай. В разговоре спросил, что он
знает о Беневском. И Рамасо выложил всю его историю, как по книге, да и в
самом деле по книге: историю Беневского он изучил в школе по французским
учебникам. Других источников - местных - он не знает. Гора Беневского хранит
молчание.
- Это действительно непонятно! - говорит Рамасо и, подумав, излагает
объяснение, странное, но не лишенное правдоподобия.