Иное поспешила к столу и только  собиралась  приклонить  колени,  как
сзади раздался скрипучий голос:
   - Ну-ка, что это тут у нас, внезапный приступ раскаяния?
   Иное вскрикнула от неожиданности. На передней скамье, сложив  руки  и
выпрямившись, сидела мать Юнонини. Смотрительница часовни  была  суровой
женщиной. Смуглая и черноволосая, в широком  черном  одеянии,  она  была
почти неразличима в полумраке церкви, и только глаза ее  горели  мрачным
удовлетворением.
   - Чему же обязаны Боги твоим появлением, дорогая моя?
   - Во дворце волшебник!
   - Волшебник? Странно.
   - Но это правда!
   - Тогда сядь сюда и расскажи  все  по  порядку,  -  проговорила  мать
Юнонини. - Тебе лучше не молиться в таком состоянии, ты можешь  призвать
совсем неподходящих Богов. Молитва требует  соответствующего  настроя  и
ясности мысли.
   Все еще дрожа, Иное неохотно подошла и села рядом с  ней.  Ее  голова
сразу же оказалась ниже, чем у старухи, но хоть ноги доставали до  пола.
Отношение   к   ней   матери   Юнонини   никогда   не   было    особенно
благожелательным. Та так и  не  смогла  простить  Иное  за  то,  что  на
Празднике зимы девочка передразнивала ее походку вразвалочку. Не помогло
даже  то,  что  король  заставил  заблудшую  дочь   принести   публичные
извинения.  Нечастые  посещения  принцессой  церковной  школы  тоже   не
улучшали дела.
   - Что это у тебя в руке? Дай-ка посмотреть. - Юнонини  взяла  шелк  и
развернула, поднося его к свету и любуясь. - Прекрасно! Ты, должно быть,
принесла это в дар Богам?
   - Э... нет.
   - А для стола как раз нужна новая скатерть.  Красивая  ткань!  Откуда
она у тебя?
   - Это... подарок отца на мой день рождения, - проговорила  Иное  чуть
слышно.
   - А он, интересно, об этом знает?
   - Ну, пока еще нет. - Иное с тревогой оглянулась, чтобы проверить, не
стоит ли в дверях волшебник. Сидя рядом с недружелюбной матерью  Юнонини
и боясь появления волшебника, Иное чувствовала себя в западне.
   - Думаю, тебе лучше рассказать все по порядку.
   Иное опустила голову и начала рассказывать. Ее дыхание успокаивалось,
и сердце билось ровнее. Пусть она и не любила мать Юнонини,  от  которой
сегодня ужасно пахло рыбой, та, по крайней мере, должна была знать,  что
делать, если страшный волшебник Сагорн найдет ее здесь.
   Выслушав ее, мать Юнонини некоторое время молчала.
   - Ну что же, - заявила она, немного подумав,  -  теперь  хотелось  бы
услышать, как ты сама объясняешь эти странные события.
   - Ч-что?
   - Не говори "что?" с таким видом! Это не подобает  знатной  даме.  Ты
ведь знаешь, что я хочу сказать.  Все  события  и  действия,  дитя  мое,
содержат как Добро, так и Зло. В этой вечной  борьбе  мы  должны  всегда
стремиться оказаться  на  стороне  Добра  в  этой  вечной  борьбе.  Наша
обязанность - всегда выбирать Добро, или хотя бы то, что к ближе к нему.