- Да. - Я кивнул. - А ты?
   - Ja. - Перспектива увидеть труп совсем не обрадовала его. Но я и сам без
особого возбуждения ждал завтрашнего утра.  Если  Боб  Шерман  действительно
там, он будет выглядеть так, что каждый бы желал никогда не  сталкиваться  с
этой картиной. А моя частная галерея и так уже слишком обширна.
   Арне помешал дрова в камине с таким видом, будто отгонял  злых  духов,  а
Кари предложила садиться за стол.
   Она приготовила оленью ногу в густой темной подливке, а  потом  пообещала
морошку, которая оказалась желто-коричневой ягодой,  по  вкусу  напоминавшей
карамель.
   - У нее совсем особый вкус, - объяснил Арне, очевидно, радуясь, что может
угостить меня такой редкостью. - Ягоды растут на болотах, и сезон всего  три
недели. Есть  специальный  закон,  устанавливающий  сроки,  когда  можно  их
собирать. Человек получает строгое наказание,  если  собирает  ягоды  раньше
разрешенного срока.
   - Морошку можно консервировать, - добавила  Кари,  -  но  вкус,  конечно,
совсем другой, чем у свежей. Мы ели ягоды в почтительном молчании.
   - И до будущего года их уже не будет, - вздохнул  Арне,  кладя  ложку.  -
Теперь кофе?
   Кари принесла кофе  и  с  веселым  изумлением  отклонила  мое  не  вполне
искреннее предложение помочь ей убрать посуду.
   - Вы хотите убирать посуду? Честно?
   - Не хочу, - признался я.
   Она засмеялась. Не чуждая духу феминизма, Кари не собиралась  размахивать
знаменами равенства в кухне. Безмолвное соглашение между ней и Арне, что все
в доме - ее владение, а вне дома  -  его,  на  мой  взгляд,  вело  к  полной
гармонии.  У  моей   сестры   отсутствие   такого   соглашения   привело   к
сопротивлению, ссорам и в  конце  концов  к  разбитому  браку.  Кари  меньше
требовала, меньшего ждала и большего добивалась.
   Я долго не засиживался. Мне нравилось смотреть на Кари, но и этим  нельзя
злоупотреблять. Арне при всех его странностях все же был следователем. Сам я
научился определять, куда на самом деле люди смотрят, потому  что  часто  их
мысли совсем не там, куда глядят глаза.  Некоторые  мужчины  чувствуют  себя
польщенными, когда другие жадными глазами оглядывают их  жен,  но  у  многих
вспыхивает ревнивая злость. Я не знал, как  будет  реагировать  Арне,  и  не
ставил себе целью узнать.
 
Глава 7 
 
   Утро понедельника пришло серым и  тусклым.  Моросило.  Однако  постепенно
день нехотя прояснился,  и  антрацитовые  облака  стали  похожими  на  серую
фланель. Темно-зеленые ели и желтые березы тихо сочились тысячами капель,  и
ветер гонял по мокрому асфальту бумажный мусор,  оставшийся  от  воскресного
дня.
   В дальнем конце скаковой дорожки  лошади  Гуннара  Холта  и  двух  других
тренеров поочередно прыгали через  препятствия,  но  ближняя  к  нам  часть,
примыкающая к линии финиша, временно была отгорожена барьером.
   Дрожа  скорее  от  хандры,  чем  от  холода,  я  сидел  вместе  с  Ларсом
Бальтзерсеном на застекленной площадке смотровой башни и наблюдал, как внизу
прочесывают пруд. С обвисшими от дождя полями шляпы, сгорбившись  и  засунув