- Что он сделал?
     -  Пойду  к  нему  домой  и  выясню.  Скорей  всего,  он   предпринял
путешествие в никуда.
     - Я бы поменялся с ним местами, - сказал Поп Грэнди. - Даже  если  он
всего-навсего  дернул  во  Фриско  и  там  попал  за  решетку,  я   бы   с
удовольствием поменялся с ним местами.



                                    26

     Широкая и пыльная Тоберман-стрит. Номер 1354В - квартира  на  верхнем
этаже бело-желтого дома, вход в нее  -  с  веранды,  рядом  с  дверью,  на
которой значилось:  "1352В".  Входы  в  нижние  квартиры  находились  один
напротив другого по обеим сторонам веранды. Я продолжал звонить даже после
того, как убедился, что  мне  никто  не  откроет.  В  таких  домах  всегда
где-нибудь поблизости обитает всезнающий из-окна-смотрящий.
     И действительно, вскоре дверь под номером 1354А распахнулась, и из-за
нее  выглянула  маленькая  женщина  с  блестящими   глазами.   Ее   темные
свежевымытые кудряшки были сплошь утыканы заколками для волос.
     - Вам нужна миссис Тиджер? - пронзительно прокричала она.
     - Мистер или миссис.
     - Они уехали в отпуск, вчера ночью. Собрались и уехали очень  поздно.
Похоже, отъезд был неожиданным.
     - Спасибо. А на какой машине они уехали?
     За  ее  спиной  вдруг  грянул  душераздирающий  диалог  из  какого-то
любовного сериала и хлестнул меня по лицу, как мокрое кухонное полотенце.
     - Вы их друг? - подозрение слышалось в ее голосе  так  же  отчетливо,
как слова бездарной радиопьески за ее спиной.
     - Вам нечего беспокоиться, - развязно сказал я. - Все, что нам  надо,
- это наши деньги. Существует  много  способов  узнать,  на  какой  машине
Тиджеры смылись.
     Женщина наклонила голову к плечу, прислушиваясь.
     - Это Бейла Мэй, - сообщила она мне с печальной  улыбкой.  -  Она  не
пойдет на танцы с доктором Майерсом. Этого я и боялась.
     - О, черт, - сказал я, вернулся к машине и поехал обратно в Голливуд.
     В офисе никого не было. Я прошел в кабинет, открыл окна и опустился в
кресло.
     Кончался еще один день;  воздух  был  устал  и  скучен;  с  проспекта
доносилось тяжелое урчание разъезжающихся по домам автомобилей,  а  Марлоу
сидел в своем офисе, потягивая виски и  перебирая  дневную  почту.  Четыре
рекламы; красивая открытка из отеля в Санта-Роза, где я  прожил  несколько
дней в прошлом году в  связи  с  одним  расследованием;  длинное,  скверно
напечатанное письмо от некоего  Пибоди  из  Сосалито,  основной  и  слегка
расплывчатый смысл которого заключался  в  том,  что  по  образцу  почерка
подозреваемого можно воссоздать полную картину глубинных душевных  качеств
индивида, соотнесенных с системами и Фрейда, и Юнга.
     В этот конверт был вложен другой - с адресом Пибоди. Когда я  смял  и
отбросил в сторону это послание, я  вдруг  представил  себе  трогательного
старого перца с длинными  волосами,  в  черной  фетровой  шляпе  и  черном