- Ребятки, - сказал я, - с вами так хлопотно, потому что  вы  делаете
тайну из ничего. Вы должны произносить пароль, прежде чем  откусить  кусок
хлеба. Если я пойду в  управление  и  перескажу  все,  что  вы  мне  здесь
поведали, мне рассмеются в лицо. И я рассмеюсь вместе с ними.
     - Тони не много смеется, - сказал Палермо.
     - На свете полно людей, которые не много смеются, мистер Палермо.  Вы
должны это знать. Вы многих из них отправили туда,  где  они  находятся  и
сейчас.
     - Это мой дело. - Он выразительно пожал плечами.
     - Я сдержу свое обещание,  -  сказал  я.  -  Но  в  случае,  если  вы
засомневаетесь в этом, не пытайтесь разбираться  со  мной.  Потому  что  в
своем районе я человек достаточно известный, и если вместо  этого  кое-кто
разберется с  Тони  -  это  будет  как  раз  по  части  вашего  заведения.
Невыгодно.
     Палермо рассмеялся.
     - Этта хорошо. Тони. Один похороны - по части нашего заведения, а?
     Он поднялся с места и протянул мне руку,  красивую,  сильную,  теплую
руку.



                                    25

     В вестибюле Белфонт-Билдинг в едва  освещенном  лифте  на  деревянном
стуле неподвижно сидел все тот же  реликт  с  водянистыми  глазами,  являя
собой свою собственную интерпретацию образа пасынка судьбы.
     Я зашел в лифт и сказал: "Шестой".
     Лифт затрясся и тяжело пополз вверх.  Он  остановился  на  шестом,  я
вышел, а старик высунулся из лифта, сплюнулв в урну  и  сказал  ничего  не
выражающим голосом:
     - Что сегодня?
     Я стремительно развернулся всем телом,  как  манекен  на  вращающейся
платформе, и тупо уставился на него.
     - На вас сегодня серый костюм, - сказал он.
     - Серый, - сказал я. - Да.
     - Хорошо смотрится. Синий, что был на вас вчера, мне тоже понравился.
     - Продолжайте, - сказал я, - выкладывайте все.
     - Вы поднялись на восьмой. Дважды.  Во  второй  раз  поздно  вечером.
Обратно вы спустились с шестого. Вскоре после этого  примчались  ребята  в
голубом.
     - Кто-нибудь из них сейчас наверху?
     Он помотал головой.
     - Я ничего не сказал им.
     - Почему?
     - Почему не сказал? А пошли они к черту.  Вы  разговаривали  со  мной
вежливо. Чертовски мало людей так ведет себя. Я знаю,  что  вы  не  имеете
никакого отношения к этому убийству.
     - Вы ошибаетесь, - сказал я. - Глубоко ошибаетесь.
     Я  вытащил  визитку  и  дал  ему.  Он  выудил  из  кармана   очки   в
металлической оправе, водрузил на нос и, держа карточку на расстоянии фута