кивнул.

Шпындро ужаснулся: обстановочка! не дай бог кто из коллег засечет сре-
ди ребятни,  сосущей убогие леденцы, среди старичья, стыдливо пытающе-
гося всучить бывшие ботинки в продажу,  выдав обувку давнего  прошлого
за сносную, еще годную, и так вырвать рублишко-другой. Столичный сдат-
чик возблагодарил бога, что оделся попроще, в трепанные джинсы еще мо-
херовой эры,  когда только начинал жизнь выездного и взирал на уже по-
бывавших за бугром яко иноки на святых или школьники-отличники на  жи-
вого академика.

Колодец подмигнул приемщице-напарнице, подтянул рукав свитера и Шпынд-
ро узрел часы да каковские - в затылке заломило.  Игорь Иванович-то им
цену представлял и сейчас пытался уразуметь,  какой путь проделала эта
массивная кругляка под синеватым сапфировым стеклом:  припер кто-то из
воинства выездных для пуска в оборот.

- Граждани-и-н!  - напевно протянул Колодец.- Вы ч„?  Вытряхивайте то-
вар, или не мешайте людям созидательно трудиться!

Шпындро услышал мертвое  шуршание  разогретого  пластикового  мешка  и
вспомнил  слова жены:  "Не лезь в сдачу сам!  Чем тебе Крупняков плох?
Уже полтинник мужику,  а всю жизнь в фарцовке, специалист экстра-клас-
са".  Игорь Иванович хотел было выкрикнуть: "Знаем мы ваших специалис-
тов!  Знаем, как у них к ладошкам прилипает!" Он еще подозревал, что у
жены с Крупняковым и шашни водились, но молчал. Поди докажи, а скандал
в семействе ему не на руку.  Шурка-атаман, школьный дружок верно опре-
делил раз:  "Хоть все кругом поразведутся,  ты семью - так и протявкал
семью - лелеять будешь, много вы с Натальей награбили. Как привидится,
что распиливать выпадет, небось, сердце замирает!".

Колодец усек в миг,  что нерешительный клиент разглядывает сквозь мут-
ное оконце милиционера,  по-гусиному вышагивающего через пыльную  пло-
щадь.

- Не боись! - мигнул Мордасов А.П.- Тут не первопрестольная, усе схва-
чено!

Привычное - все схвачено - успокоило Шпындро,  он-то знал цену  спаси-
тельному  -  все  схвачено - объединяющему людей определенного сорта и
дарующему чувство покоя и уверенности в себе. Здорово, когда все схва-
чено.  Вроде,  как стена стоит, все об нее лбом стукаются, а ты прохо-
дишь - факир да и только,  будто и нет вовсе стены, будто она из папи-
росной бумаги или марли.

- Схвачено? - недоверие мастеру, которым слыл Шпындро, зазвенело в го-
лосе вместе с перезвоном побрякушек на груди пышнотелой приемщицы.

Опасливый комитент почти перелез через прилавок и  увидел  под  ногами
Колодца на табурете стопки железных рублей; тогда еще Шпындро не знал,