пастушка,  обретенного в оплату за ласки его жены;  одинокую  мать  на
посту;  неустроенную,  гибельно стареющую Притыку; антикварного царька
Крупнякова; неожиданно взбрыкнувшего, возалкавшего свободы Кругова.

Безгрешный Шпындро улетал с легким сердцем, как случается от песни ве-
селой,  оставляя внизу неразличимые точки-строения, фабрички и заводи-
ки,  клубки дорог,  штрихи мостов и переправ, следы дымов над трубами,
лужи,  озерца, холмы в редколесье, оставляя внизу дом, где появился на
свет, пору тяжкой жизни и борьбы не слишком ясно и вполне ясно за что,
оставляя бегунов за счастьем, только грезящих финишем, уже достигнутым
Шпындро. Безгрешный покидал теряющиеся в бескрайности пределы, изгоняя
из памяти суетное и вздорное,  оставляя лишнее,  несущественное и всех
нас грешных.



1988 год