счастливый рудокоп собрал за неделю  около двадцати тысяч франков; но  вышла
вся  провизия. Он отправился тогда в  лагерь Форти-Миль; купил  сала; муки и
картофеля, сообщил некоторым товарищам о своем богатстве и уехал обратно.
     Последние, целая дюжина, не колеблясь, последовали за  ним и прибыли на
берег  ручья,  названного Кормаком  "Эльдорадо". По  обычаю  рудокопов,  они
разделили  землю  на участки в семьдесят шесть  метров каждый и  лихорадочно
принялись за работу.
     Первые результаты были  головокружительны: никогда еще рудокопы, даже в
сказочные времена Калифорнии  или Австралии, не видели  подобного богатства.
Двое из близких приятелей Кормака, старый Джон Казей  (John Casey) и молодой
Кларенс  Берри (Clarence Berry) вступили в товарищество.  У последнего  была
грациозная и  миниатюрная жена,  точно  распустившийся  цветок, роза  севера
среди снегов.
     Все трое,  при усердной помощи мадам Берри, добыли  за  двенадцать дней
сорок тысяч франков из выемки около трех метров глубиной.
     Четверо  других товарищей, Жой Мак-Найт (Joe Mac-Knight), Дуглас, Фир и
Гартманн, оказались еще более удачливыми: в течение трех  недель они  намыли
золота на сто двадцать тысяч франков.
     Наконец, охотник меховой  компании из  Сан-Луи,  работая один, намыл на
тридцать шесть тысяч франков за восемнадцать часов.
     Все  эти  люди, до  тех  пор намывавшие по пяти,  десяти  су, казалось,
обезумели. Они не пили, не ели, не спали, настолько их нервы были возбуждены
лихорадочной работой.
     Как  и у Кормака,  однако, у  них вышла вся провизия, так  что пришлось
отправиться  в Форти-Миль. При  виде мешков,  наполненных золотыми  зернами,
более тысячи ста рудокопов отправились в Эльдорадо, захватив все, что могли.
     Двое молодых  людей, Рид  (Reed)  и Лерминье,  сделали открытие,  почти
беспримерное в летописях рудокопов. Они за две  недели  извлекли из выемки в
восемь метров триста тысяч франков!
     Тогда  канадец Жозеф  Леду,  владевший лесопильней на  реке Сиксти-Миль
(Sixty-Mile),  перенес ее  на новое место, туда,  где  Клондайк сливается  с
Юконом. Через два года  здесь вырос  уже  целый  город с  тридцатью тысячами
жителей, Доусон-Сити (Dawson-City).
     Однако неизбежным следствием наплыва народа в Клондайк явились  раздоры
между поселенцами, соперничество,  убийства. К  счастью, межевщик канадского
правительства, Вильям  Огильви  (William Ogilvie)  находился  неподалеку, во
главе  группы топографов,  посланных  определить границу  между  Америкой  и
Канадой. Он согласился измерить все участки, установить границы  владений  и
быть  справедливым  судьей  между  этими  людьми,  привыкшими пускать в  ход
револьверы. Он один  сохранил среди всеобщей лихорадки  свое хладнокровие  и
даже отказался  от  богатых  даров,  предложенных ему  за труды, заявив, что
"государство  платит  ему  жалованье  за исполнение обязанностей,  а  не  за
устройство собственного материального благополучия".
     Такой  поступок  снискал  высокое  уважение  этому  человеку,   решения
которого стали  почитаться  законом.  Он  один мог установить порядок  между
этими сумасшедшими.  Между тем золотоискатели, рассеявшиеся было по обширным
пустыням Аляски и  влачившие там  жалкое существование, все больше наводняли
Клондайк.
     Сколько  ужасных тайн породила  эта погоня за  золотом!  Руководствуясь
компасом, в ужасную полярную ночь, люди шли через  снега, таща сани, питаясь