шении советского правительства" [226]. Вам интересно знать, как отреаги-
ровали страны, имевшие с Польшей договор о совместной обороне?
Франция промолчала вообще. Британское правительство в сообщении от 18
сентября заявило, что, вообщето, нападение на Польшу "не может быть оп-
равдано выдвигаемыми Москвой аргументами", однако поторопилось уточнить:
"...полное значение этих событий нам еще не известно.
Ларчик открывался просто. Черчилль, в то время первый лорд Адмирал-
тейства (военно-морской министр) и Галифаксной-единственной конкретной задачей: направить советские войска против
Германии, дабы агонизирующая Британия выстояла. В свете такой задачи все
призывы польского руководства и напоминания о гарантиях были для бри-
танских джентльменов чемто сродни зудению назойливого комара...
Закончить рассказ о сентябре 1939-го года хочется одной тайной, до
сих пор остающейся неразгаданной. Согласно воспоминаниям польских стар-
ших офицеров, во время боев с советскими войсками захваченные в плен
красноармейцы (командир и несколько десятков солдат) выразили желание...
совместно с поляками воевать против немцев. На счету был каждый штык, и
поляки решили рискнуть. Пленные получили свободу и оружие, влились в
состав одной из частей, пытавшихся прорваться из окружения, и, согласно
тем же воспоминаниям, "показали себя храбрыми солдатами и хорошими това-
рищами".
Дальнейшая судьба наших земляков, вступивших в войну с Гитлером за
два года до его нападения на СССР, покрыта мраком неизвестности. Соглас-
но тому же польскому источнику, в конце сентября красноармейцы вместе с
поляками оказались в немецком плену. После чего их следы теряются. Быть
может, имело бы смысл покопаться в архивах НКВД - но кто же нас туда
пустит...
Еще о "демократическом Западе, рае земном". В сочетании с "еврейским
вопросом". Особо нервных просят не беспокоиться - речь идет не о России.
По моему глубочайшему убеждению, так называемый "еврейский вопрос в Рос-
сии" прекратил свое существование одновременно с уходом в небытие неве-
жественного и горластого племени, именовавшегося "советской интеллиген-
цией". Равно как и с возникновением нормальных (ну, почти что нор-
мальных) рыночных отношений.
История вопроса проста, как мычание. Все баталии и сшибки, вся вяло-
текущая борьба "патриотов" с "сионистами" были вызваны примитивнейшим
фактором: теснотой жизненного пространства (поскольку "борцы" из обоих в
то время британский лагерей практически все наперечет принадлежали к ин-
теллигенции, жизненное пространство сужалось еще более). Лучший язык для
общения - говяжий...
А его-то как раз и не было. Вернее, имелся, но в мизерных количест-
вах. Меж тем любой, кто хоть однажды давился в очереди за дефицитом,
знает: пробиваться к прилавку тесной сплоченной группой не в пример лег-
че. Вот и формировались ударные отряды "борцов с жидомасонством" и "бор-
цов с черносотенством". Слишком многих записных борцов с той и с другой
стороны я знал лично, чтобы ошибаться в суждениях...
Потом объявили капитализм. Капитализм был хиленький, сюрреалистичес-
кий и нелепый, но кое-какие возможности появились, они есть до сих пор.
Те, кто мог заработать, ушли на заработки (я имею в виду активистов обо-