- Ресторанов у нас тут нету, каждый своим двором живет. Если хочешь, могу
чего-ничего  в  погребке  поискать.  -  Она   многозначительно   пошелестела
сторублевкой, и я охотно протянула ей вторую.
   Ухватив обе купюры, Сидоровна  исчезла  в  доме,  преследуемая  по  пятам
настырным Мурзилкой, требующим обслужить его в первую очередь. Я уселась  на
лавочке  и  принялась  ждать.  Минут  через  десять  женщина   появилась   с
полиэтиленовым пакетом, на котором была реклама "Мальборо", и протянула  его
мне вместе с пятидесятирублевой купюрой. Я хотела отказаться  от  сдачи,  но
она осуждающе глянула на мое грязноватое облаченье и пробормотала:
   - Деньгами не разбрасывайся, лучше купи себе платьишко  какое-никакое,  а
то бегаешь, как байстрючка!
 
 
   Уточнив место, где надо ждать автобус, я  отправилась  на  окраину  села,
села  на  травке  неподалеку  от  пустовавшего  навеса  с  ржавой   надписью
"Варенцово" и залезла в пакет. Там обнаружилась половина  каравая,  половина
жареной курицы, пучок свежего лука, пластиковая бутылка из-под  "Боржоми"  с
молоком и четыре сдобных пирожка с черешней.  Пока  пришел  автобус,  я,  не
переставая, жевала и съела почти все. Оставшееся молоко  и  хлеб  я  сложила
обратно в пакет, в него же сунула несчастного медвежонка.
   На скрипучем древнем "ЛиАЗе" я через полчаса доехала  до  Бибирева,  села
значительно большего,  чем  Варенцово,  и  там,  на  крошечном  автовокзале,
задумалась. Ехать прямо в город мне было опасно,  в  любой  момент  я  могла
встретиться  с  кем-нибудь  знакомым.  А  если  меня  считают  погибшей,  то
немедленно  разнесется  известие  о  моем  чудесном  воскрешении.  С  другой
стороны, если я не вернусь в город, то как я смогу спасти Егорку и  обвинить
Игорька в убийстве?
   Значит, прежде чем вернуться, мне нужно  стать  неузнаваемой,  а  на  это
нужно время. Однажды я уже была не похожа на себя и знаю, как этого достичь.
Во время беременности я поправилась на шестнадцать килограммов и сама себя в
зеркале не узнавала. Знакомые проходили мимо меня, не здороваясь, а когда  я
их окликала, впадали в столбняк. Наверное, дело  в  том,  что  лицо  у  меня
какое-то  слишком  тонкое  -  носик  острый  и  граненый,  подбородок   тоже
остренький, а вместо щек - дурацкие впадины между ртом и скулами.
   Поэтому  жировые  наслоения  дали  поистине  чудовищный  результат  -   я
превратилась в несуразную курносую деваху  с  лицом  морской  свинки.  Слава
Богу, что похудеть для меня не проблема, а то я бы сама ушла от Севки, чтобы
не компрометировать его такой физиономией.
   А пока я не  отъем  себе  новую  морду,  нужно  подумать  о  максимальном
камуфляже. Но в Бибиреве не  обнаружилось  даже  парикмахерской!  Поэтому  я
выбрала автобус до пригорода под названием Шушановка, где когда-то бывала  в
гостях у бабушки моей школьной подруги. Шушановка была уже городом, но такой
непролазной окраиной, застроенной частными домами и  старыми  бараками,  что
считалась совершенно иным миром, не совместимым с остальными районами.
   В Шушановку я добралась уже в сумерках. А если знать, во сколько  темнеет
в июне, то приблизительно в десятом часу вечера. Ночные и дневные  перипетии
давали о себе знать, и я буквально не держалась на ногах.
   Все тело ныло и болело с  разной  степенью  интенсивности  в  разных  его
частях.