из окрестных мест. На третий день его пришлось подкрасить.  А  на  четвертый
похоронили с радостью.




   НЕУЧТИВЫЙ ЦЕРЕМОНИЙМЕЙСТЕР КОТСУКЕ-НО-СУКЕ

   Бесчестный   герой   этого   очерка    -    неучтивый    церемониймейстер
Котсук'е-но-Сук'е,  злокозненный  чиновник,  повинный  в  опале   и   гибели
владетеля Башни Ако и не пожелавший покончить с собой по-благородному, когда
его настигла справедливая месть.  Однако  же  он  заслуживает  благодарности
всего человечества, ибо пробудил драгоценное чувство преданности и  послужил
мрачной,  но  необходимой  причиной  бессмертного  подвига.  Сотня  романов,
монографий, докторских диссертаций и опер увековечили это  деяние  -  уж  не
говоря  о  восторгах,  излитых  в  фарфоре,  узорчатом  лазурите   и   лаке.
Пригодилась для этого и мелькающая  целлулоидная  пленка,  ибо  Поучительная
История  Сорока  Семи  Воинов  -  таково  ее  название  -  чаще  других  тем
вдохновляет  японский  кинематограф.  Подробнейшая  разработка   знаменитого
сюжета, пылкий интерес к нему более чем оправданны - его истина применима  к
каждому из нас.
   Я буду следовать изложению А. Б. Митфорда, свободному от отвлекающих черт
местного  колорита  и  сосредоточенному  на   развитии   славного   эпизода.
Похвальное  отсутствие   "ориентализмов"   наводит   на   мысль,   что   это
непосредственный перевод с японского.

   РАЗВЯЗАВШИЙСЯ ШНУРОК

   Давно угасшей весною 1702 года  знатный  владетель  Башни  Ако  готовился
принять под своим кровом императорского посланца. Две тысячи лет придворного
этикета  (частично  уходящих  в  мифологию)  до   чрезвычайности   усложнили
церемониал подобного  приема.  Посланец  представлял  императора,  однако  в
качестве  его  тени  или  символа;  этот  нюанс  было  равно   неуместно   и
подчеркивать, и смягчать. Дабы избежать ошибок, которые  легко  могли  стать
роковыми, приезду посланца предшествовало появление чиновника  двора  Эдо  с
полномочиями церемониймейстера. Вдали от придворного комфорта, обреченный на
villegiature   ---------------------------------------(фр.). горах, что, вероятно, ощущалось им как ссылка,  Кира  Котсуке-но-Суке
отдавал распоряжения весьма сурово. Наставительный его тон порой граничил  с
наглостью. Поучаемый им владетель Башни старался делать вид, что не замечает
этих грубых выходок. Возразить он не мог, чувство дисциплины удерживало  его
от резкого ответа. Однако как-то  утром  на  башмаке  наставника  развязался
шнурок и он попросил  завязать  его.  Благородный  рыцарь  исполнил  просьбу
смиренно, однако в  душе  негодуя.  Неучтивый  церемониймейстер  сделал  ему
замечание,  что  он  поистине  неисправим  и  что  только  мужлан   способен
состряпать такой безобразный узел. Владетель Башни выхватил меч  и  полоснул
невежу по голове. Тот пустился наутек, тоненькая струйка крови алела на  его
лбу... Несколько дней  спустя  военный  трибунал  осудил  нанесшего  рану  и
приговорил его к самоубийству. В главном дворе Башни Ако  воздвигли  помост,