Керансу, самодовольно улыбнулся. Его самоуверенность и хорошее  настроение
полностью  восстановились.  -  Отлично,  Роберт.   Верх   диагностического
мастерства,  вы,  конечно,  были  совершенно  правы.  -  Он  проницательно
взглянул на Керанса, как  бы  размышляя  над  источниками  осведомленности
доктора. - Не унывайте, Хардман поблагодарит вас, когда мы отыщем его.
     Керанс стоял на краю балкона, под  ним  находился  склон  высыхающего
ила. Он смотрел на молчащую дугу окон, размышляя, в какой из тысяч  комнат
нашел себе убежище Хардман.
     - Надеюсь, вы правы. Но надо еще отыскать его.
     - Не  волнуйтесь,  отыщем.  -  Риггс  начал  кричать  двум  солдатам,
помогавшим Дейли привязывать на крыше вертолет: Уилсон, займитесь поисками
в  юго-западном  углу;  Колдуэлл,  вы   направитесь   на   север.   Будьте
внимательны, он может попробовать улизнуть.
     Двое отсалютовали и двинулись, держа наготове карабины. Макреди  взял
в руки ружье Томпсона, а Риггс расстегнул кобуру своего пистолета.  Керанс
спокойно сказал:
     - Полковник, мы ведь выслеживаем не дикую собаку.
     Риггс отмахнулся.
     - Спокойно,  Роберт,  просто  я  не  хочу,  чтобы  мне  откусил  ногу
крокодил.  К  тому  же,  если  хотите  знать,  -  тут  он  послал  Керансу
ослепительную улыбку, - Хардман прихватил с собой кольт-45.
     Оставив  Керанса  переваривать  это  сообщение,  он  поднес  к  губам
электрический мегафон.
     - ХАРДМАН!! ЗДЕСЬ ПОЛКОВНИК  РИГГС!!  -  он  бросил  имя  Хардмана  в
Молчащий зной и, взглянув на  Керанса,  добавил:  -  ДОКТОР  КЕРАНС  ХОЧЕТ
ПОГОВОРИТЬ С ВАМИ, ЛЕЙТЕНАНТ!!
     Сфокусированные  полукругом  зданий,  его  слова  эхом  полетели  над
болотами  и  протоками,  отдаваясь  вдали.  Вокруг  них  все  сверкало   в
невыносимом  зное,  и  люди  на  крыше  мучились  под  своими   форменными
фуражками. Тяжелое зловоние поднималось от полей ила, корона из  миллионов
насекомых пульсировала и голодно жужжала над ними, внезапный позыв тошноты
ударил Керанса в пищевод, на мгновение вызвав у него головокружение.  Сжав
голову, он прислонился к столбу, слушая, как  вокруг  откликается  эхо.  В
четырехстах  ярдах  из  растительности  выступали  две  башни   с   белыми
циферблатами часов, и звуки его  имени  -  Керанс...  Керанс...  Керанс...
отразившиеся  от  башен,  казались  Керансу  криками  ужаса  и   отчаяния,
бессмысленное расположение часовых стрелок заинтересовало его больше,  чем
все окружающее.
     Его имя еще слабо отдавалось эхом в ушах Керанса,  когда  они  начали
осмотр здания. Он занял свою позицию в центре каждого коридора и лестницы,
в то время как Риггс и Макреди осматривали прилегающие помещения; сохраняя
бдительность и настороженность, по  мере  того  как  они  двигались  среди
разбитых кафельных инкрустаций, осторожно перебираясь  от  одной  анкерной
балки к другой. Большая часть штукатурки отстала от стен и  лежала  серыми
кучами вдоль плинтусов. Там, где проникало  солнце,  стенная  дранка  была
покрыта вьющимися  растениями  или  мхом,  и  истинная  структура  здания,
казалось, поддерживалась изобилием растительности, рвущейся  через  каждый
коридор и каждую комнату.
     Через щели пола поднимался  запах  грязной  воды,  проникавшей  через
разбитые нижние окна. Потревоженные впервые за  много  лет,  летучие  мыши