деньгами, может, это заставит привести в порядок весь этот  свинарник  и  мы
заживем малость получше. - Сэм поднялся.
   - Сколько с меня? - спросил он.
   - Пятнадцать центов. Пирожное бесплатно - это было последнее. Доброй  вам
ночи, мистер Вуд.
   Сэм положил на стойку четверть доллара и повернул к  выходу.  Как-то  раз
бармен осмелился назвать его по  имени.  Он  взглянул  на  него  с  холодным
неодобрением, и это сделало свое дело. Теперь тот всегда говорил ему "мистер
Вуд" и в точности так, как Сэму хотелось.  Он  снова  забрался  в  машину  и
коротко доложил по радио обстановку, прежде  чем  возвратиться  по  шоссе  в
город. Готовясь к монотонному одиночеству, которое сулил остаток  ночи,  Сэм
поудобней устроился на сиденье.
   Машина набирала скорость, и ночной воздух встречал ее  плотной  подушкой.
Впервые с начала  дежурства  Сэм  позволил  себе  обругать  давящую  духоту,
которая обещала знойный день. А значит, и завтрашняя ночь  будет  душной,  и
следующая, может быть, тоже. Въезжая на центральные улицы, Сэм  притормозил.
Вокруг было все  так  же  пустынно,  но  он  по  привычке  медленно  пересек
небольшой деловой центр. Мысль о Делорес Парди вновь пришла  ему  в  голову.
Она выскочит замуж совсем молоденькой, подумалось  Сэму,  и  кто-то  получит
кучу удовольствия, завалившись с ней в сено. И в этот момент  он  увидел  за
квартал впереди какой-то предмет прямо посреди дороги.
   Сэм нажал на газ, и  машина  рванулась  вперед.  В  световой  дорожке  от
четырех фар непонятный предмет становился все больше, пока Сэм не затормозил
посреди дороги в нескольких футах;  теперь  он  мог  разглядеть  -  это  был
человек, распростертый на мостовой.
   Сэм включил  красную  полицейскую  мигалку  и  стремительно  выскочил  из
машины. Прежде чем наклониться над лежащим, он быстро огляделся, готовый  ко
всяким неожиданностям; рука его лежала на кобуре пистолета 38-го калибра. Он
ничего не увидел, кроме безмолвных  домов  и  пустынной  бетонной  мостовой.
Мгновенно  успокоившись,  Сэм  опустился  на  колено  возле   распростертого
человека.
   Тот лежал на животе, обхватив голову руками, ноги раскинуты, правая  щека
прижата к шершавому стертому бетону. У него были  необычно  длинные  волосы,
завивавшиеся на  шее  от  постоянного  прикосновения  воротника.  Валявшаяся
рядом, в пяти или шести футах, трость с серебряным  набалдашником  выглядела
странно беспомощной на грубом шоссейном полотне.
   Сэм подсунул левую руку под распростертого человека и постарался нащупать
сердце.  Несмотря  на  изнурительную  духоту,  на  неизвестном  был   плотно
застегнутый жилет, и через него Сэм не мог уловить никаких признаков  жизни.
Тогда он попытался припомнить, что ему доводилось  читать  о  предполагаемой
смерти при несчастных случаях. У Сэма не было никакой специальной подготовки
- его попросту зачислили в состав городской полиции  и  отправили  исполнять
новые обязанности, лишь накануне сообщив, в чем они заключаются. Но согласно
полученным  предписаниям,  он  уже  самостоятельно  ознакомился  со  сводами
законов графства и штата и проштудировал два или три учебника,  отыскавшиеся
в небольшом здании полицейского управления. У Сэма была  хорошая  память,  и
сведения, которые он тогда почерпнул, вернулись  к  нему  теперь,  в  момент
крайней необходимости.
   "Пока факт  смерти  не  будет  подтвержден  врачом,  не  следует  считать
пострадавшего мертвым - он может находиться в обмороке, быть оглушенным  или