были ясными, твердыми и отчетливыми. - Я  хочу  сказать,  это  действительно
так. Здешний фестиваль - целиком его идея... - Она говорила все тише и  тише
и наконец умолкла, даже не попытавшись закончить предложение.
   - Ваш отец имел обыкновение носить при себе солидные суммы денег? Скажем,
больше двухсот долларов?
   - Иногда, в дороге. Я пыталась заставить его перейти на  аккредитивы,  но
ему казалось, что с ними слишком много хлопот. - Она взглянула на Тиббса и в
свою очередь задала вопрос: - Что же, его убили из-за нескольких долларов?..
- В голосе Дьюны слышалась горечь, губы дрожали. И на глаза  вновь  набежали
слезы.
   - Я сильно сомневаюсь в этом, мисс Мантоли, - ответил Тиббс, -  тут  есть
еще по крайней мере три серьезные версии, которые нужно тщательно проверить.
   В разговор вмешалась Грейс Эндикотт:
   - Мистер Тиббс, мы вам очень признательны за все, что вы делаете для нас,
но нельзя ли избавить от этого Дьюну, может быть, мы сумеем и сами  ответить
на большинство ваших вопросов? Она потрясена случившимся, и я  убеждена,  вы
это хорошо понимаете.
   - Конечно, конечно, - согласился  Тиббс.  -  Я  могу  поговорить  с  мисс
Мантоли, когда она немного оправится от удара, а может быть, этого и  вообще
не понадобится.
   Грейс Эндикотт ласково прикоснулась к руке Дьюны.
   - Тебе надо пойти прилечь, - сказала она.
   Девушка встала, но отрицательно покачала головой.
   - Лучше я немного побуду на воздухе,  -  ответила  она.  -  Жарко,  но  я
все-таки выйду.
   Ее собеседница все поняла.
   - Я принесу твою шляпу, - сказала она, - или что-нибудь  другое  прикрыть
голову от солнца. Это просто необходимо.
   Когда обе женщины удалились, Джордж Эндикотт произнес:
   - Мне не хочется отпускать ее одну. Мы живем достаточно уединенно,  и  до
тех пор пока все не выяснится, я бы  предпочел  избегать  осложнений.  Эрик,
будь добр... - Но тут ему пришлось остановиться.
   Сэм Вуд ощутил внезапный  порыв,  какой  еще  никогда  не  испытывал.  Он
стремительно поднялся на ноги.
   - Разрешите мне, - вызвался он.
   Сэм был почти вдвое крупнее  Кауфмана,  а  кроме  того,  в  форме  или  в
штатском, он оставался представителем закона. Это был его долг.
   - Меня нисколько не затруднит... - начал Кауфман.
   - Возможно, вы будете нужны здесь, - напомнил ему Эндикотт.
   Сэм расценил это замечание  как  ответ  на  его  предложение.  Он  кивнул
Эндикотту и двинулся к входной двери. Сэм прекрасно понимал, что  сейчас,  в
солнечный яркий день, нет никакой опасности, и почти сожалел об этом;  кроме
того, он предпочел бы предстать перед девушкой в полной форме, с  пистолетом
на поясе, чтобы она почувствовала в нем  своего  защитника.  А  так  он  был
просто здоровенный мужчина  в  обычном  костюме.  Наконец  появились  миссис
Эндикотт с Дьюной. Девушка была в легкой широкополой шляпе  и,  несмотря  на
свое горе, выглядела так привлекательно, что это казалось даже не совсем  ко
времени. Сэм вздохнул.
   - Я провожу вас, мисс Мантоли, - решительно произнес он.
   - Вы очень любезны, - отозвалась Грейс Эндикотт.