мысль о том, что негр дотронется до стакана, вывела его из себя, а  когда  я
пристал к нему с просьбой разрешить мне поесть в  закусочной,  он  дошел  до
точки кипения и поднял на меня руку. Тут-то я и получил возможность скрутить
его, конечно, этот путь был далеко не единственный, но я жаждал отмщения. Он
так нескрываемо презирал меня из-за цвета кожи и чувствовал  себя  настолько
выше, что я был не прочь преподать ему серьезный урок. Признаюсь,  это  было
ребячеством.
 
   К железнодорожной станции Тиббса подвез Билл  Гиллспи.  Он  затормозил  у
самой платформы, вышел из машины и поднял чемодан Вирджила. Тиббс все  понял
и не попытался ему помешать.
   Шагая впереди, Гиллспи  прошел  на  платформу  и  опустил  чемодан  перед
единственной скамьей, которая предлагала свои незавидные удобства  ожидающим
пассажирам.
   - Вирджил, я бы с удовольствием подождал с тобой, но, честно говоря,  мне
смертельно хочется спать, - сказал Гиллспи. - Ты не обидишься, если я уйду?
   - Разумеется, нет, мистер Гиллспи.  -  Тиббс  выдержал  секундную  паузу,
прежде чем заговорить вновь. - Ничего, если я присяду, как  вы  думаете?  Уж
больно приятная ночь.
   Гиллспи и не глядя знал, что на скамье надпись: "Для белых". Но было  уже
за полночь и вокруг ни души.
   - Я думаю, это не так уж важно, - ответил он. - Если тебе кто что скажет,
сошлись на меня.
   - Хорошо, - сказал Тиббс.
   Отойдя на два шага, Гиллспи обернулся.
   - Спасибо, Вирджил, - произнес он.
   - Рад был познакомиться с вами, мистер Гиллспи.
   Гиллспи хотел было  сказать  что-то  еще,  даже  попытался,  но  не  смог
заставить себя. Стоящий перед ним человек был черным,  как  ночь,  и  лунный
свет подчеркивал эмалевые белки глаз.
   - Ну, всего хорошего, - только и обронил Гиллспи.
   - Всего хорошего, сэр.
   Гиллспи подумал, не протянуть ли руку, но решил, что не стоит.  Один  раз
он уже сделал это, и хватит. Вряд ли  есть  смысл  повторять  такие  широкие
жесты - это может только  ослабить  впечатление.  И  он  зашагал  обратно  к
машине.