Слухи  о том,  что  у  "чехов" есть  техника  в горах, ходили давно. На
равнине, под  Грозным немногочисленные по  счастью  танки и доставшаяся  при
развале   империи  артиллерия   били  по  наступавшим  силам   вовсю,   и  в
труднодоступных местах, по-видимому, у  врага еще  много чего  осталось. Вот
тебе разведка и спецоперации,  машину ведь не спрячешь  на чердак. Главное -
лишь бы не  приметили  их...  Лежали,  пока начали замерзать,  но  слышалось
только переливчатое бормотание воды. Не хорониться же здесь до солнца, когда
опасность может только возрасти.  Парень  словно  пришел в себя,  попробовал
хромать  самостоятельно, обняв  командира за  шею и мужественно  терпя боль.
Теперь пробирались сторожко, поминутно останавливаясь и напрягая слух, ближе
к  обочине  вылезать не  хотелось,  а  проклятые сучья  трещали  вокруг  как
пулемет.  Стоило  померещиться  чему-либо,  падали  с замирающим  сердцем  в
крапиву и лопухи, но тревога оказывалась ложной. Чуть успокоившись, пошагали
ровнее, когда метров за сто  вдруг взревел двигатель и свет прорезал листву.
От  страха Федорин рухнул, увлекая за собой бойца, который  чуть не раздавил
ему  ребра об автоматное железо  и  рожки.  Затащив его под сплетение веток,
ткнулся рядом, боясь шевельнуться. Видимо, "гроб" стоял  на какой-то поляне,
развернувшись, сейчас вырулил к дороге и тронулся в обратный путь.
     -- Нас ищут... - прошептал у щеки Воронов.
     -- Откуда им знать про нас? Тш-ш...
     С машины заметили движение или вправду преследовали  какую-то цель,  но
БТР  замер  невдалеке,  с  него тяжело попрыгали  вооруженные  люди  и пошли
россыпью к зарослям,  просвеченным  мощными  полушариями, которые  повернули
влево рукой. Мотор стих, различилась коротко местная речь; двое или трое  не
спеша  направились  к  ним,  хрустя  мелким  валежником.  Федорин  не  успел
выставить автомат,  большой  пользы  при двух магазинах  в нем и  не было, и
теперь  боялся дохнуть. Чеченцы остановились,  один  сказал что-то, в  ответ
гоготнули  и  пустили  веером  несколько очередей в лес. Пули  свистнули над
самым  затылком,  присыпав  Федорина  веточками  и листвой.  Едва  живой,  с
замиранием сердца он услышал звук обратных шагов, двигатель заурчал, и бэтэр
так  же неторопливо  покатил дальше, к  своему тайному горному логову. Ночью
"чехи" разъезжали здесь, как дома, никого явно не боясь.
     Отлежав минут сорок, Федорин поднял голову и нащупал плечо бойца:
     --  Давай,  Саня, ждать утра, а  то вообще отсюда не выберемся. Открыто
идти нельзя,  сам видишь, а по темноте этой далеко не уползем. Дьявол знает,
чего тут еще ждать, да и надо поспать как-то. Будем сторожить по очереди.
     Парень  молчал,  борясь с  одолевавшей болью. Оттащив  его  подальше  и
нарвав ощупью  травы и прутьев на подстилку,  Федорин  свалил часть сверху и
тоже заполз под копну. Устроились с Вороновым спина к спине, обняв автоматы,
первую очередь лежачего караула назначил бойцу.

     -----------------------------

     --  Товарищ капитан,  вставайте!  -  дежурный  по  роте  склонился  над
командиром,  светя  фонариком в  пол.  На долгий стук в дверку ему  никто не
ответил.
     Баранов  всхрапнул.  Пышный  камуфляжный   спальник  был  перекручен  и
закрывал его до груди.
     -- Вам сегодня на выезд, я уже всех поднял.
     Уважительно растолкав наконец, младший  сержант  в пованивающих  ваксой