вается. Мне на все это наплевать.
   МЭЙКОН: Тебе надо бы на солонину обратить внимание.  В прошлом году
мы выставили на продажу 1560 фунтов, по три с половиной цента за фунт.
   ДЖЕК: Меня это не интересует.  Я лучше на что-нибудь повыше постав-
лю. Всего хорошего, Мэри Кей.
   МЭЙКОН: Что?
   ДЖЕК: Мэри Кей.  Это более симпатичное имя, чем Мэйкон. Тебе больше
к лицу. Я тебя, наверное, так и буду звать.
   МЭЙКОН: Что ты делаешь?
   ДЖЕК: Ничего. Почему ты спрашиваешь?
   МЭЙКОН: Передай Бесс,  чтобы иглу,  которую у меня брала, себе пока
оставила. Мне она до понедельника не понадобится.
   ДЖЕК: Угу.
   МЭЙКОН: У нее тяжелое лето было, когда она ребеночка потеряла. Тебе
нужно следить за нею хорошенько.
   ДЖЕК: Это то,  что мне нужно?  Значит,  это то, что мне нужно, Мари
Кей?
   МЭЙКОН: Меня не так зовут.
   ДЖЕК: Для меня - так.  (Уходит. Мэйкон на секунду задумывается, по-
том взбирается на валун и смотрит ему вслед в бинокль. Входит Уилл.)
   УИЛЛ: Рысь высвободилась. Лапу себе отгрызла. Куда это ты смотришь?
   Мэйкон быстро опускает бинокль.
   МЗЙКОН: Коров проверяю. Смотрю, не отбилась ли какая.
   УИЛЛ: Они обе там?
   МЭЙКОН: Угу. Уилл.
   УИЛЛ: Что?
   МЭЙКОН: Я разрешила ему взять немного дров.
   УИЛЛ: Ты что сделала?
   МЭЙКОН: У них на растопку только зеленые веточки.
   УИЛЛ: Мне это не нравится,  Мэйкон. Этот человек ведь - бездельник,
все задарма норовит. Не хочу я с ним ничего общего иметь.
   МЭЙКОН: И все-таки я должна о Бесс позаботиться. Она мой друг.
   УИЛЛ: Не понимаю я,  что у вас с нею такое. Ничего в ней особенного
нет. Просто безрадостная тварь Божья с опилками вместо мозгов.
   МЭЙКОН: Не говори так.
   УИЛЛ: Послушай, я заметил у нее сильные признаки психического расс-
тройства, она нездорова. С нею не все ладно.
   МЭЙКОН: Неужели у тебя во всей кровеносной системе нет ни  капельки
человеческой доброты? Она ведь только этим летом своего маленькего по-
хоронила под опунцией, в ящике из-под мыла, а волки вырыли его себе на
ужин.
   УИЛЛ: Что ж,  ей не улыбалось, это верно. И все же я не могу согла-
ситься с ее странным и ужасным поведением. Как она одевает этого свое-
го  дикого  щенка в коленкоровую шляпку и платком обвязывает;  и сидит
там на веранде, баюкая его, и разговаривает с ним, будто он человек.
   МЭЙКОН: Люди странные вещи творят, чтобы пережить.
   УИЛЛ: Так-то оно так.  Но у каждого своя дорожка должна быть.  Если
они спотыкаются,  то не тебе же их на себе тащить. (Мэйкон отварачива-
ется от него и вглядывается через бинокль в даль.) Мне просто не  нра-
вится,  когда меня эксплуатируют.  Не люблю я эксплуатации.  Люди сами