Нет; он должен был по-прежнему прикидываться круглым идиотом и не делать того, чего враг ожидал от него.
     Его время еще не наступило.
     В 3 часа 15 минут рождественского утра Йеттеринг открыл военные действия, сбросив Аманду с постели. Сонно потирая ушибленную голову, она забралась обратно - только для того, чтобы ее ложе мгновенно затряслось и встало на дыбы, как норовистый жеребец.
     От грохота и воплей проснулся весь дом. Первой в комнате очутилась Джина:
     - Что случилось?
     - Там кто-то под кроватью.
     - Что?
     Джина взяла со стола пресс-папье и громко потребовала, чтобы злоумышленник вылез наружу. Йеттеринг незримо сидел на подоконнике и строил женщинам неприличные жесты.
     Джина заползла под кровать. Йеттеринг уже вскарабкался на люстру и раскачивал ее, отчего тени прыгали по стенам, как на корабле во время четырехбалльного волнения.
     - Там ничего нет.
     - Есть.
     Аманда знала, что говорила.
     - Есть, Джина, - сказала она. - Мы не одни в этой комнате, я уверена.
     - Нет, - насупилась Джина. - Здесь никого нет.
     Аманда пыталась заглянуть за гардероб, когда вошел Поло:
     - Что за шум?
     - Папа, в доме что-то неладное. Меня кто-то сбросил с кровати.
     Джек посмотрел на скомканные простыни, на перевернутый матрац и перевел взгляд на Аманду. Предстояло первое испытание: нужно было солгать по возможности небрежно.
     - Похоже, тебе приснился нехороший сон, дочурка, - сказал он и изобразил невинную улыбку.
     - Под кроватью что-то было, - продолжала настаивать Аманда.
     - Сейчас там никого нет.
     - Но я же чувствовала.
     - Хорошо, я проверю весь дом, - предложил он без особого энтузиазма, - а вы обе оставайтесь здесь, на всякий случай.
     Когда Поло покинул комнату, люстра закачалась еще сильнее, чем прежде.
     - Фундамент, - сказала Джина. - Осадка.
     Внизу было нетоплено, и Поло мог бы обойтись без шлепанья босиком по холодному кафелю кухни, но его радовало то, что битва началась с подобной мелочи. Он немного боялся, что с такими хрупкими жертвами в руках враг окажется куда более свирепым. Но нет: он не ошибся, оценивая характер этого существа. Оно было из разряда низших. Могучее, но несообразительное. И способное потерять самообладание. Теперь он знал, что делать. Главное - соблюдать осторожность.
     Он побродил по всему дому, добросовестно открывая шкафы и заглядывая за мебель; потом вернулся к дочерям, которые молча сидели на лестнице, у двери в комнату. Аманда выглядела маленькой и бледной - снова ребенок, а не двадцатидвухлетняя женщина.
     - Никого и ничего, - с улыбкой объяснил он. - Рождество наступило, но в нашей избушке...
     Джина договорила за него.
     - Никого не слыхать: даже мышки-норушки.
     - Даже мышки-норушки, дочка.
     В этот момент Йеттеринг дал о себе знать, смахнув с этажерки тяжелую хрустальную вазу.
     Даже Джек подскочил на месте.
     - Дерьмо, - вырвалось у него.
     Ему хотелось поспать, но Йеттеринг явно не намеревался оставлять его в одиночестве.
     - Ке сера, сера, - пробормотал он, подобрав осколки вазы и завернув их в газету.
     - Видите, дом оседает на левый бок, - добавил он немного громче. - Это продолжается уже несколько лет.
     - Осадка фундамента, - со спокойной уверенностью проговорила Аманда, - не вышвырнула бы меня из моей постели.
     Джина промолчала. Число альтернатив было ограниченным. Ситуация складывалась неприятная.
     - Ну, значит, это был Санта-Клаус, - почти развязно предположил Поло. Он взял обеими руками сверток с осколками вазы и направился в кухню, ничуть не сомневаясь в том, что каждый его шаг внимательно прослеживается.
     - А кто же еще? - крикнул он снизу, запихивая сверток в мусорную корзину. - Единственное другое объяснение, - тут он осмелел настолько, что позволил себе вплотную приблизиться к истине, - единственное другое возможное объяснение было бы сейчас слишком неуместным.
     У него екнуло сердце от собственной наглости. И все-таки забавно было поменяться ролями с тем, чье присутствие он ощущал каждую минуту.
     - Ты имеешь в виду полтергейст? - спросила Джина, когда он вернулся к ним.
     - Я имею в виду все, что мешает спокойно спать по ночам. Но ведь мы уже взрослые, да? Мы уже не верим в Богимена?
     - Нет, - решительно сказала Джина. - Я не верю, как не верю и в оседание фундамента.
     - Ну, теперь придется поверить, - беззаботно отрезал Джек. - Начинается Рождество. Мы не хотим испортить его разговорами о гоблинах, полагаю.
     Они все вместе рассмеялись.
     Гоблины. Это было уж слишком. Назвать посланника Ада гоблином.
     До боли стиснув зубы, Йеттеринг едва заставил себя сдержаться.
     Нет, у него еще будет время посмотреть, как эта проклятая атеистическая ухмылка сползет с гладкого, жирного лица Джека. Скоро, скоро пробьет его час. Отныне никаких полумер. Никаких утонченностей. Начинается наступление по всему фронту.