Примеры  бесконечны. Задача заключается не в  изменении  наших
вопросов,  а в расширении структур, исходя из которых мы  понимаем
нашу  работу. Это означает взять то, что мы изучили,  работая  над
“женскими  вопросами”, и связать с другими областями, при  условии
рассматривать   их  не  как  конкурирующие,  а  как   дающие   нам
возможность   вызвать  более  глубокое  изменение.   (…)Стремление
положить   конец  милитаризму  без  того,  чтобы  положить   конец
превосходству,  воплощенному  в  мужском  насилии  дома,  было  бы
тщетным.  Также  и  наоборот, мы никогда  полностью  не  прекратим
мужское  насилие по отношению к отдельным женщинам,  до  тех  пор,
пока  мы  также не прекратим прославлять организованное насилие  в
войне как мужское и подходящее поведение.
    
    Создание связей
    
    Взаимосвязанность  экономической  и  сексуальной  эксплуатации
женщин  с милитаризмом и расизмом хорошо демонстрируется в области
принудительной  проституции и женского  сексуального  рабства.  На
семинаре  по  этой  теме,  проведенном в Нидерландах  в  1983,  мы
признали,  что  было невозможно работать над одним  аспектом  этой
темы  без  соотнесения со всем социально-экономическим  контекстом
жизни  женщин.  Например, девочки в Индии,  которых  принуждают  к
проституции,    обычно    также   продаются    бедными    семьями,
рассматривающих  ребенка-девочку  как  помеху,  или   же   девочки
стремились  избежать условленной для них замужества,  которое  они
находили  нестерпимым.  В США большинство девочек,  приведенных  в
принудительную проституцию, - это подростки-беглецы, которые  были
жертвами  сексуального  или физического оскорбления  дома,  и  для
которых  нет  работы, служб или безопасных мест для жительства.  В
юго-восточной  Азии  многие  женщины сталкиваются  с  ограниченным
экономическим выбором деревенской бедноты - работать на  сборочных
линиях, где мало платят, портится зрение и часто увольняют рабочих
старше  30,  или работать в “индустрии развлечений”.  Национальная
экономика   стала   зависимой   от  проституции   из-за   запросов
американских публичных домов в период вьетнамской войны. Когда эти
g`opnq{ снизились, проституция направилась в русло секс-туризма  –
организованного   мильтимиллионно-долларового   транснационального
бизнеса   по  систематической  продаже  женских  тел   как   части
организованных  туров,  питающего  многочисленных  посредников   и
приносящего  иностранный капитал в страну. Во всех этих  ситуациях
патриархальная  уверенность, что у мужчин есть  права  на  женские
тела,  и что “другие” расы или “низшие” классы – это недочеловеки,
лежит в основе оскорблений, которым подвергают женщин.
    Феминисты,  которые  организуются  против  подобной  практики,
должны  связывать эти разные аспекты. Так, например, на Филиппинах
женщины   одновременно   протестовали   против   секс-туризма    и
милитаризма, создавая места для индивидуальных жертв, кто вырвался
уйти,  и  старались помочь женщинам развивать навыки для обретения
большего   контроля  над  своими  жизнями.  Развитие  секс-туризма
инициировал   японский  бизнес.  Японские  феминисты  инициировали