который  ставит под вопрос патриархальные модели превосходства  во
всех областях жизни.
    Феминизм также не является политикой “только для женщин”.  Это
рожденный  женщинами  подход, который может и должен  использовать
любой мужчина, заинтересованный в принципиальном изменении, также,
как  я,  белая женщина, могу искать анти-расистские подходы.  Так,
например, я хочу, чтобы политики признали власть женщин, и  в  США
для  этой цели было использовано понятие гендерного разрыва  между
тем,  как  голосуют мужчины и женщины. Однако политика, основанная
только  на  женщинах как избирателях, вызывающих  особый  интерес,
ведет  к  опасности сводить феминизм к мнению большинства  женщин,
которое выявляется в опросах.
    Феминизм  также не направлен на присоединение немногочисленных
женщин   к   числу   властвующих  без   одновременного   изменения
подавляющего  характера  большинства  институтов.  Он  может  быть
подходящим  для  женщин, добивающихся власти, или  для  работы  по
изменению  структуры  изнутри. И я стала бы защищать  право  любой
женщины  делать это – даже стремиться к власти в политике, которой
я  противостою, подобно тому как Маргарет Тэтчер сделала в Англии.
Однако это не феминизм. Феминизм определяется борьбой за изменение
в институтах и ценностях, а не переходом власти от одного индивида
к другому.
    Рассмотрение  феминизма  как трансформационного  мировоззрения
является решающим для глобального подхода. Но принятие глобального
подхода  не означает, как опасаются некоторые феминисткы  и  часто
требуют   политики-мужчины,  что  мы  отказываемся   от   “женских
вопросов”,  за постановку которых в политическую повестку  дня  мы
r`j   часто   боролись.  Он  также  не  предполагает   отказа   от
исследования   сексуальной  политики.  Скорее,  он   призывает   к
противоположному.  Он требует, чтобы мы взяли то,  что  изучили  о
сексуальной  политике, и использовали феминистскую теорию  и  опыт
для  исследования и раскрытия связи между “женскими  вопросами”  и
другими  мировыми вопросами, не потому, что они наиболее важны,  а
потому, что они взаимосвязаны. В этом плане мы выражаем нашу точку
зрения,  что  все  вопросы являются женскими вопросами  и  требуют
феминистского анализа. Например, мы должны показать, каким образом
общество,  которое молчаливо одобряет мужское насилие по отношению
к  женщинам  и детям, будь то инцест и домашние побои, насилие  на
улицах  или  сексуальное  домогательство  на  работе,  связано   с
появлением  воинственных людей, уверенных в своем  праве  угнетать
других   на   основании  таких  различий,  как   цвет   кожи   или
национальность.   Или   же  мы  можем  показать,   каким   образом
гетеросексистское  утверждение,  что   “настоящая”  женщина  хочет
поддержки  и обеспечения со стороны мужчины, питает  экономическую
политику,  которая порождает феминизацию бедности по  всему  миру.
Этот  отказ принять женщину, которая живет без мужчины, в качестве
полноценного человека позволяет разработчикам политики  предлагать
такие  идеи,  как  ограничения благотворительных выплат  или  даже
возможностей  работы для матерей-одиночек, поскольку  они  “вносят
вклад в разрушение семьи”.