загрузка...

Новая Электронная библиотека - newlibrary.ru

Всего: 19850 файлов, 8117 авторов.








Все книги на данном сайте, являются собственностью уважаемых авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей. Просматривая книгу, Вы обязуетесь в течении суток ее удалить.

Поиск:
БИБЛИОТЕКА / ЛИТЕРАТУРА / ПРИКЛЮЧЕНИЯ /
Бадигин Константин / На морских просторах

Скачать книгу
Вся книга на одной странице (значительно увеличивает продолжительность загрузки)
Всего страниц: 78
Размер файла: 466 Кб
«« « 3   4   5   6   7   8   9   10   11  12   13   14   15   16   17   18   19   20   21  » »»


     Я громко прочел телеграмму:
     "Из Москвы 3327-63-24-02-00
     Ледокол "Седов"
     Капитану Бадигину
     Парторгу Трофимову
     В годовщину дрейфа шлем вам и всему экипажу "Седова" горячий привет. Уверены, что с большевистской твердостью советских людей вы преодолеете все трудности на вашем пути и вернетесь на Родину победителями.
     Жмем ваши руки, товарищи!
     По поручению ЦК ВКП(б) и СНК Союза ССР
     И. Сталин.
     В. Молотов".
     Когда я кончил читать, воцарилось молчание. Мы все смотрели друг на друга, словно не веря своим ушам. Потом раздались аплодисменты. Я скомандовал:
     - Будить всех! Немедленно всех сюда!
     В кают-компании сделалось шумно. Мы обнимались, кричали "ура", еще и еще раз читали радиограмму.
     Стихийно возник митинг. Хотелось сказать очень много, но, как и у Полянского, у меня в первую минуту пропал дар речи: все слова, какие я знал, казались бледными и недостойными чувств, которыми была полна душа. И речь получилась очень короткой:
     - Отныне 24 октября - самый великий и незабываемый праздник нашего экипажа... Будем же работать так, чтобы оправдать доверие нашей великой Родины.
     Трофимов предложил послать ответную телеграмму. До конца срока радиосвязи с мысом Челюскин оставалось всего десять ми-пут. Не хотелось откладывать составление ответа до следующей передачи. Поэтому Полянский помчался в рубку предупредить Ворожцова, что будем передавать ответ, а мы с Трофимовым сели составлять телеграмму.
     Я взял обрывок навигационной карты и вооружился карандашом.
     Писать было легче, чем говорить,- слова лились из глубины души. Но нам хотелось получше отредактировать каждую фразу. Поэтому 10 минут, отпущенных Полянским на составление ответной телеграммы, пролетели мгновенно, и мы не успели даже переписать ее текст набело. Впрочем, быть может, так получилось даже лучше. Невзирая на некоторые стилистические погрешности, телеграмма со всей искренностью, непосредственностью восприятия отразила переживания, которыми мы были полны в эти минуты.
     В 13 часов 12 минут наш старший радист уже связался со станцией мыса Челюскин. Через 10 минут эта телеграмма была передана с мыса Челюскин на остров Диксон, а еще через 10 минут радиоволны перенесли ее в Москву, в Кремль.
     Жизнь на дрейфующем корабле течет крайне неравномерно. Двигаясь по воле ветров, такой корабль всецело находится в их власти. Людям трудно предугадать, что принесет завтрашний день: новый бросок к полюсу или отступление к более южным широтам, грозное сжатие или спокойные часы. Порой проходит неделя за педелей, месяц за месяцем, и не знаешь, что записать в своем дневнике: так похожи и монотонны дни. Но вдруг наступает неожиданная перемена, и каждый день приносит столько событий, что их трудно даже перечислить.
     Именно такой период больших событий начался у нас вскоре после того, как мы отпраздновали годовщину дрейфа. Хотя льды унесли нас довольно далеко на север, обстановка вокруг "Седова" складывалась не лучше, чем в море Лаптевых, которое славится своим непостоянством. Вахтенный журнал и дневник наблюдений над жизнью льда по-прежнему пестрели записями о трещинах, разводьях, сжатиях, подвижках. Порой кораблю приходилось выдерживать весьма яростные атаки льдов, и тогда весь экипаж вступал в борьбу с ними.

Глава седьмая. Мы остаемся на корабле до конца дрейфа

     20 января прибыла радиограмма Главсевморпути:
     "Сообщите ледовую обстановку, возможность приема самолетов, подготовки аэродрома..."
     Эта коротенькая радиограмма напоминала нам, что срок обещанной осенью эвакуации экипажа близок, что очень скоро мы должны будем передать судно смене, которая прилетит на самолетах.
     Вопрос о смене экипажа предрешило памятное совещание на "Ермаке" 28 августа 1938 года. Нашему руководству, да и нам самим казалось, что больше двух зимовок в дрейфе провести физически невозможно. Поэтому, когда Шевелев заявил, что с наступлением светлого времени на самолетах будут присланы новые люди, все приняли это как должное.
     Смущало нас только одно обстоятельство: сумеем ли мы силами пятнадцати человек подготовить аэродром? Ведь весной 1938 года над расчисткой посадочных площадок трудились сотни зимовщиков, и все же эту работу удалось выполнить лишь ценой большого напряжения. Но Герой Советского Союза Алексеев, участвовавший в экспедиции на "Ермаке", ободрял нас:
     - Ничего, опыт у вас есть. Уверен, что подготовите для нас прекрасный аэродром...
     Чем ближе подходило время к весне, тем больше было разговоров о предстоящей воздушной экспедиции.
     Вообще-то говоря, мы могли радоваться смене. На редкость тяжелая зима, изобиловавшая сжатиями, авралами, тревогами, оставила глубокий след. Тоска по родным и близким, по солнцу и зеленой траве, просто по новым - пусть незнакомым, но обязательно новым - людям снедала каждого из нас.
     Ведь это совсем не так просто - провести две долгие полярные зимовки в тесных каютах дрейфующего корабля, каждое утро и каждый вечер встречаться все с теми же людьми, всегда слышать одни и те же голоса, видеть одни и те же лица. Мы безошибочно знали друг друга по походке, по малейшим оттенкам голоса угадывали настроение каждого. Казалось, все давно уже переговорено, все выведано, и даже говорить-то, собственно, иногда было не о чем.
     Я знал, что готовится достойная смена. Не случайно мой учитель капитан "Красина" М. П. Белоусов радировал: "Встретимся на "Седове"". Видимо, его прочили в капитаны нашего дрейфующего корабля. Как же не радоваться прибытию такой смены?
     И мы радовались. Но где-то в глубине души возникало в то же время несколько ревнивое чувство: как же теперь, когда так много уже пережито и выстрадано, когда столько сделано, взять и оставить корабль? Ведь с ним связано так много переживаний, каждая миля пройденного пути далась нам недешево. Можно смело сказать, что эти две зимовки составляют особую полосу в жизни каждого из нас.
     Может быть, заявить протест против смены? Но это выглядело бы как-то нескромно. И к тому же не так просто заявить о том, что мы целиком принимаем на себя всю ответственность за окончание дрейфа. Никто не знал, как долго продлятся скитания "Седова" по ледяной пустыне,- ведь теперь корабль был игрушкой ветров.
     И все же мне становилось немного не по себе, когда я думал о том, что начатое нами дело будут завершать другие. К тому же в последнее время рождались новые, более серьезные опасения: а сумеют ли люди, которым придется принять у нас дела в течение какого-нибудь часа, быстро, с ходу освоить корабль? Сумеют ли они сохранить выработанный нами ценой двухлетнего упорного труда необходимый ритм работы?
     Для того чтобы освоиться с новыми, совершенно необычными условиями, потребовалось бы значительное время. А наш корабль как раз должен был, судя по всем расчетам, проникнуть в наиболее высокие широты - уже в начале февраля мы приблизились к 86-й параллели. Со дня на день корабль должен был переступить черту, сделанную в этих широтах "Фрамом". Здесь надо было провести наиболее интенсивные научные наблюдения. Нам же предстояло как раз в этот период уступить палубу корабля новым, совершенно незнакомым с условиями дрейфа людям.
     Нет, дрейф отнюдь не наше частное дело. Здесь меньше всего надо считаться с личными соображениями. Если для науки и народного хозяйства будет полезнее оставить в дрейфе наш коллектив, то мы должны отказаться от смены.
     13 февраля после вахты я зашел к нашему парторгу Дмитрию Григорьевичу Трофимову. Худой и бледный, он в последние дни с трудом передвигался, ноги его были поражены ревматизмом. Для того чтобы перешагнуть через порог, он осторожно поднимал руками одну ногу, переставлял ее, потом проделывал ту же манипуляцию с другой и медленно брел по коридору, шаркая подошвами. Добравшись до машинного отделения, он садился на табурет и начинал работать. Но никто не слышал от него жалоб.
     Я был уверен в поддержке парторга и поэтому откровенно высказал ему все, что думал по поводу предстоящей смены.
     Дмитрий Григорьевич внимательно выслушал меня, помолчал, глядя в сторону. Потом сказал:
     - Что ж, надо делать как лучше. Две зимы мы выдержали, выдержим и третью.
     Мы решили вызвать поодиночке всех членов экипажа и откровенно, по душам побеседовать с каждым в каюте у парторга, чтобы узнать, как отнесутся люди к мысли о третьей зимовке.
     Много лет прошло с тех пор, но все еще помнится во всех деталях суровая и строгая обстановка этих бесед. Узкая, длинная каюта. Койка под жестким одеялом. На столике коптящая лампа, накрытая высоким бумажным колпаком.
     Люди волнуются. Одни сразу и четко дают на мой вопрос утвердительный ответ. Другие колеблются. Невольно вспоминал разговор, который происходил за полгода до этого, когда "Ермак" уходил на юг, увозя с собой сменившихся людей. Тогда тоже у некоторых были и сомнения и колебания. Они понятны: немалое дело - добровольно оставаться на дрейфующем корабле в Центральном Арктическом бассейне. И все-таки большинство членов экипажа дали на наши вопросы четкий и определенный ответ:
     - Если нужно, останемся...
     После того как беседы закончились, я и Трофимов сообщили в Политуправление Главсевморпути:
     "Отмечаем прекрасное моральное состояние всех зимовщиков, отсутствие всяких элементов склоки, недоразумений. Самочувствие и настроение ровное, как и в начале зимовки. Отмечаем успешное выполнение всех производственных задач с отличными показателями. Характеризуем экипаж как дружный, спаянный".
     Александр Александрович в тот же вечер передал наше донесение в эфир. Как отреагирует на него Москва? Что ответят нам?
«« « 3   4   5   6   7   8   9   10   11  12   13   14   15   16   17   18   19   20   21  » »»

Новая электронная библиотека newlibrary.ru info[dog]newlibrary.ru