детишек   написал  с  помоста.  Акуй-Халава  вышел  во  двор  и
направился к своему сливовому дереву. По дороге он пел:
     Амм... лапала, амм... лапала...
     Мои длинные волосы, толстые ноги,
     моя красота -- очаровало все это Камалало!
     Подумала, дура, что я человек,
     но теперь увидела, кто я!
     Амм... лалала, амм... лалала...
     Стало  уже совсем светло. Зама-Зомайро и дети спустились с
помоста. В гамаке лежала голова сестры и посверкивала  глазами.
     --   Что   я  тебе  говорила!  -  торжествующе  произнесла
Зона-Зомайро. -- А вы, дети --быстро купаться!
     -- Я тоже купаться пойду, - заявила голова Камалало.
     --  Каким это образом? - удивилась старшая сестра. В ответ
голова выкатилась из гамака и поскакала  к  реке,  подпрыгивая,
будто мячик. Вернувшись, Зама-Зомайро велела детям пива не пить
-- его ведь пробовал Акуй-Халава!  Поэтому  они  лишь  облизали
котел.
     --  Бедные  детишки  мои!  -  вздохнула  Зама-Зомайро. Она
испекла лепешек и сказала:
     -- Дети, пойдемте навстречу отцу!
     -- Я тоже пойду! - опять заявила голова.
     -- Ну, давай, - ответила старшая сестра. Пустились в путь.
Голова снова запрыгала впереди всех. Когда дорогу  перегородило
упавшее дерево, голова перескочила через него, а Зама-Зомайро с
детьми перелезли. Вот и муж.
     -- Ты хоть и предупреждал, а она пошла... Теперь вот...
     И  Зама-Зомайро  сделала  жест в сторону головы. Куйменарэ
поставил на землю корзину с жареной рыбой. Все стали есть.
     -- Я тоже хочу! - сказала голова.
     Сестра отдала ей кости и чешую. Голова все это проглотила,
но тут же извергла через шею. Жуя рыбу, все направились к дому,
голова как всегда впереди.
     Только добрались, как Куйменарэ заявил:
     -- Сейчас пойдемте снова в лес!
     -- И я! -- откликнулась голова.
     И  так  все  время: куда остальные -- туда и голова, покоя
никому больше не было.
     -- Что делать станем? - спросила Зама-Зомайро мужа.
     --  Я  скажу ей, что время купаться. Ты сама пойди заранее
вперед, но только, чтобы голова не видела. На  дороге  написай.
Моча обожжет ей шею. А я пока побуду с детьми.
     Зама-Зомайро  вышла.  Через  некоторое  время  Куймена- рэ
крикнула детям:
     - Эй, сорванцы, купаться!
     - И я, и я! - голова была тут как тут.
     - Что же, иди, -- ответил Куйменарэ, -- сестра твоя уже на
берегу.
     Голова  поскакала,  обожглась  на  тропе  и превратилась в
птицу. Она перелетела на другой берег и запела: