- Первая форма - стандарт. Я думал,  круче  дела!  -  и  Дудин  снова
замолчал.
     - Да не тяни ты, скажи, что обо всем этом думаешь?
     - ...Машинка - фээргешная, с шаровой головкой на три  шрифта,  лента
нейлоновая, не больше двух раз протянута... бумага тоже, прямо тебе скажу...
не оберточная...
     - Да ты по существу! - рассердился Подболотов.
     - По существу? - Дудин  как  бы  незаметно  отошел  к  дверям,  резко
распахнул их - в тамбуре никого не было, по  плавной  дуге  приблизился  к
окну, посмотрел в него и вздохнул - метель!
     - А по существу, - он понизил голос, - скажу я тебе,  Петр  Иванович,
подпись на письме своя!  Не  факсимильная!  Чтобы  такой  человек  обычным
шариком за семнадцать копеек!..
     - Ну и что? - подавленно спросил Подболотов.
     - А то, что являемся мы, ты - дорогой Петр Иванович! - квадратиком  в
мозаике, частью какого-то чертовски сложного плана, понять который во всей
его масштабности я не то что не могу, а и пытаться не  стану.  И  тебе  не
советую! Мой опыт подсказывает, - Дудин вздохнул, -  поручили  тебе  стать
винтиком, значит, складывай крылья в угол. На время!  На  время!  А  потом
крутанется Солнце пару раз вокруг Земли, и опять ты... Только я думаю, что
в этой истории ты так винтиком до конца и останешься - слишком уж все... -
Дудин подыскал слово, - фундаментально.
     - Ты меня не пугай - я винтик и есть.  Я  просто  не  знаю  -  о  чем
писать.
     - Как это не знаешь? - удивился Дудин. Он снова взял со стола  письмо
и  поднес  его  к  глазам.  -  Тут  же  ясно   сказано:   "в   двухдневный
срок... отделение  хляби  от   тверди   вообще... завершение   строительства
Вавилонской Башни, в частности..." Вот и напиши,  как  любишь  эту  землю,
которая даже гроба не принимает,  как  хочешь,  чтобы  она  вся  расцвела,
подумаешь, делов-то!
     - Ты хоть знаешь, где он, этот самый Вавилон? - с тоской перебил  его
Подболотов.
     - За границей! - сказал как отрезал Дудин. - По-моему, где-то там Иран
с Ираком воюют...
     - Да кому это все надо?! - прямо-таки взвыл Подболотов.
     - А это мы уже по второму кругу пошли... -  Дудин  аккуратно  положил
письмо на стол.
     - В одном я тебе по старой нашей дружбе помочь могу,  Петр  Иванович.
Есть тут у нас один человек из тех, кто Библию писали. Не  то  что  я  его
пасу... но приглядываюсь я к нему. Вреда от него пока нет, но  сомнения  он
вызывает определенные... праведным своим поведением. Если хочешь, я пришлю
его к тебе для консультации, так сказать. Только ты с ним поосторожнее - у
него допуска нет! Впрочем, очень может быть, и не помощь это вовсе.
     - Ну приведешь ты его ко мне, что я  у  него  спрошу?  Он  мне  -  не
Христос, я ему - не Пилат!
     - Вот я и предупреждаю: может быть, и не помощь это... Но Библию  он
знает, верные люди говорят - днюет и ночует с ней.
     Легкую зависть и горечь ощутил Подболотов: сколько же людей на  свете
есть, которые больше него знают!
     - Кто хоть он такой?