заглушил   двигатель.   Я   облегченно   перевел    дыхание    и    отключил
противоперег-рузочный антиграв пассажирского кресла.
   - Вот что, Билл, - повторил я уже в который раз. -  Я  совсем  не  против
твоей любви к рискованной езде. В конце концов, каждый  волен  сам  выбирать
свою смерть. Однако прошу тебя: когда мы летим  вместе,  будь  поаккуратнее.
Если Юля станет вдовой, это невелика потеря; но я совсем не хочу оставить ее
сиротой.
   Билл изобразил на лице виноватое выражение и,  прежде  чем  выбраться  из
кабины, любовно прикоснулся к своим капитанским нашивкам.  -  Ладно,  тесть,
извини. Я чересчур увлекся. Ведь этого дня я ждал целых пять лет, с тех  пор
как получил звание командора. - Ага. И теперь уже воображаешь себя без  пяти
минут адмиралом.
   Билл смущенно ухмыльнулся в ответ.
   В холле квартиры нас встретила Алена. Она  смерила  оценивающим  взглядом
широкоплечую фигуру  зятя  в  новенькой,  с  иголочки,  форме  и  с  улыбкой
произнесла: -  Привет,  именинничек.  Ты  отлично  выглядишь.  Поздравляю  с
повышением.
   - Спасибо, ма, - ответил Билл иронично; он был  старше  Алены  на  восемь
лет. - А где Юля?
   - Готовит для тебя подарок. Скоро вернется.
   - Что за подарок?
   - Это сюрприз. - Жена повернулась ко  мне:  -  Между  прочим,  у  нас  за
праздничным столом будут гости. Очень дорогие гости.
   - Какие?
   - Сам взгляни. Интересно, узнаешь ли их.
   Оставив зятя с женой в холле, я прошел прямиком в гостиную и  увидел  там
двоих человек - худощавого мужчину  лет  сорока  и  молодую  женщину  старше
двадцати пяти, но младше тридцати, с коротко остриженными русыми волосами.
   Алена,  конечно  же,  шутила  насчет  того,  узнаю  ли  я   их.   События
десятилетней давности слишком сильно запечатлелись в моей  памяти,  чтобы  я
смог забыть Мишеля Тьерри, который погиб вместе с адмиралом Сантини, а затем
был воскрешен из мертвых благодаря поразительным способностям Вики и Тори.
   Что же касается молодой женщины, то ее лицо (правда, с другой  прической)
я видел перед собой каждый день.  Это  была  сестра-близнец  моей  жены,  ее
двойник, явившийся к нам из отмененного варианта реатьности. Поначалу мы для
ясности называли ее Аленой-старшей, так как она была на  год  взрослее  моей
Алены, но вскоре ей это надоело и она заявила, что берет себе имя, данное ей
от рождения - Элен Розалинда Конноли.
   В последний раз я виделся с Элен немногим менее пяти лет назад, когда она
вместе с Тори  гостила  на  Дамогране.  Потом  они  улетели  на  Арран,  где
незадолго до этого произошла революция (вернее, контрреволюция) и  к  власти
вернулась королевская семья, а Томас Конноли, отец Алены и Элен, стал первым
министром правительства. На Арране девушки провели около  года,  после  чего
отправились на Землю - к сестре  Тори,  Вике,  которая  жила  там  вместе  с
Мишелем Тьерри. С тех пор контакты между Элен и Аленой практически сошли  на
нет - шутка ли, письмо с Земли до Дамограна идет не менее четырех месяцев.
   - Привет, Игорь, - сказала Элен, направляясь ко мне. -  Очень  рада  тебя
видеть.
   - Я тоже рад, - ответил я, неуклюже поцеловав ее в щеку.
   Затем пришла очередь Тьерри, которому я крепко пожал руку.