Мотылек  ходил вокруг, любовно осматривая все эти вещи, и только крякал
от  удовольствия.  Все  поработали сегодня достаточно - даже Кузя  внес свою
лепту в общие труды: разбил фарфоровую вазу для цветов.
     Когда Анна Матвеевна выплыла с заказанным шампанским и бокалами, -  она
остановилась посреди комнаты совершенно остолбенелая...
     - Это чего такого вы тут настроили?
     - Красиво, бабуся? - с гордостью спросил Кузя. - Видите,  как я тут все
прибрал?!
     -  Да что  это  вы... женить кого собрались, что ли? Что  за праздничек
придумали?
     - О, благодетельная  Кальвия, -  выскочил вперед Мотылек. - Все это для
вас! Мы  пронюхали,  что  ровно  сорок лет  назад  вы  погасили огонь Весты;
уронили пылающий факел девственности и,  упав  в объятия супруга, перешли на
брачное положение. Этот угрюмый факт мы и решили отметить!
     -  И  кто тебе,  лешему, такой  язык  привесил?! - сердито сказала Анна
Матвеевна. - Ты бы лучше в церковь ходил да Богу молился!
     - Нет, уж вы его не заставляйте Богу молиться, - вступился Кузя. - А то
он лоб разобьет - кто будет чинить церковные плиты? Вы, что ли?
     За дверью свежий звучный голос произнес:
     - Разбойнички!.. А здесь Яблонька! Впустите!..


Глава XII. КОРОНОВАНИЕ



     Рев  восторга  приветствовал  гостью.   Гибкая,  золотистая,  в  платье
персикового  цвета, с  обнаженными  руками  и открытой шеей  - будто кусочки
белого мрамора мелькнули  перед  глазами  восхищенных клевретов, - она  была
обворожительна в своей не искушенной кокетством юности.
     От  пышных  волос,  окружавших  прекрасное  лицо  золотым  сиянием,  до
маленьких ножек,  обутых в серебристые туфельки,  - она вся  теплилась,  как
радостная пасхальная свечка.
     - Яблонька, - восхищенно воскликнул Меценат. - Если я  ослепну от вашей
красоты, как старый Велизарий,  будете  ли вы водить меня за  руку,  как тот
мальчик, который питал Велизария?
     Новакович вздохнул и мрачно ответил за Яблоньку:
     - Не такой она человек, чтобы водить за руку. Она за нос водит...
     Яблонька в это время здоровалась  с Анной Матвеевной, и поэтому горькая
тирада Новаковича не достигла ее ушей.
     - Голубка ты моя белая, -  обратилась  в  ней нянька. - Хучь ты объясни
мне: чего это тут  затевается?!  От них  нешто добьешься  толку?! Такое  мне
объяснили, что тебе, девушке, и слушать неподобно!
     - А  вы думаете, нянечка,  я  знаю? Прилетает ко мне  Новакович, сует в
руку две груши  и  наказывает, чтоб  обязательно я  сегодня  пришла в  самом
парадном виде! Спрашиваю - зачем. Мычит что-то.
     -  Мудреные они,  - сокрушенно сказала нянька. - Ты бы их остерегалась,
девушка, а то втянут они тебя в историю. Ведь я их знаю - сущие мытари!
     - Настало время объяснений, -  напыщенно сказал  Мотылек. -  Сегодня мы
коронуем одного чудного поэта, а имя этому поэту: Куколка.