Принцесса.
     - Да вот история с Кузей!
     - А я, простите, не слышала, замечталась.  Кузя! О вас тут рассказывали
какую-то  историю? Вы здесь самый симпатичный, Кузя. Принесите мне платок из
ридикюля. Он в передней.
     -  Сейчас, - с готовностью откликнулся Кузя, не двигаясь  с места. - Вы
твердо помните, что ридикюль в передней?..
     - Ну да.
     - А где  именно положили вы ридикюль в передней? На подзеркальнике  или
на диване?
     - Не помню, да вы посмотрите и там, и там.
     - У вас какого цвета ридикюль? - допрашивал Кузя, потонув по-прежнему в
мягком кресле.
     - Ах ты Господи! Да ведь не сто же там ридикюлей?!
     - Я к  тому  спрашиваю, чтоб вас  долго не  задерживать поисками. А то,
может, он завалился  за  диван, так  в  полутьме  сразу и не найду...  Кроме
того... Ах, вот он!
     Он  взял ридикюль из  рук  уже  вернувшегося  из  экспедиции в переднюю
Новаковича и любезно протянул его Принцессе.
     - Спасибо, Кузя. Вы милый.
     - Вот дура  горничная,  - заметил будто  вскользь Новакович. - Забыла в
передней ведро с  мыльной  водой, а  чье-то пальто упало  с вешалки да одним
рукавом в ведро и попало. Мо-окрое!
     - А какого цвета пальто? - ухмыляясь, спросил Мотылек.
     - Серенькое, кажется.
     - Так  это ж мое! - испуганно  закричал  Кузя  и,  как заяц, помчался в
переднюю.
     - Действительно ты видел пальто в ведре?
     - Ничего подобного. Просто хотел, чтобы Кузя размял себе ноги.  Это ему
наказание за ридикюль!
     Вошла  Анна  Матвеевна,  расцеловалась  с  Принцессой,  села  напротив,
поглядела  на нее, укоризненно покачала  головой  и вступила с  Принцессой в
обычную для них обеих беседу:
     - Где дети?
     - Какие дети? - удивилась Принцесса.
     - Как какие? Твои!
     - Да у меня, нянечка, нет детей.
     - А почему нет?
     - Не знаю, нянечка. Бог не посылает.
     -  "Бог  не  посылает".  Лень все твоя  проклятая. И в  кого  ты  такая
уродилась?!
     - В кого? В Венеру Милосскую, - подсказал Мотылек.
     -  В Кузю, - поправил Новакович. - Впрочем, это одно и то же: если Кузе
оборвать руки - получится форменная Венера Милосская для бедных.
     - Ах, милые мои, - сказала старая  нянька, пригорюнившись. - То есть до
чего мне хочется ребеночка нянчить - сказать даже невозможно.
     - Да, - грустно улыбнулся Меценат.  - Этого товара не  держим. Так  как
же, господа, насчет сегодняшнего торжества?
     Мотылек выручил.
     - Да очень просто! На Караванной есть превосходный кавказский кабачок с