Девушка опустилась на грубую шерсть. Халдор прилег рядом с  ней.  Его
руки царапали нежную кожу.
     - Ты действительно прекрасна.
     Бриджит молчала, стараясь не  думать  о  руках,  ласкающих  ее  тело,
прикасающихся к самым тайным местам. Но не думать было очень трудно - то и
дело сладкие судороги пробегали по ней. С тех пор, как  она  оказалась  во
власти этих зверей, много рук касалось ее, но прикосновения  Халдора  были
совсем другими, они приводили в смятение, рождали незнакомые ощущения. "Уж
лучше бы он убил меня! Что ему еще надо?" И когда Халдор вошел в нее,  она
прикусила губу, чтобы заглушить рвущийся крик боли. Ранульф и  его  друзья
не слишком нежно обходились с  ней.  "Скоро  это  кончится.  Я  достаточно
сильна, чтобы вытерпеть это. Во всяком  случае,  шестеро  других  не  ждут
своей очереди за ним".
     Она старалась удержать в себе боль, но боль постепенно уходила,  хотя
Халдор еще был в ней. Она старалась удержать боль,  чтобы  не  пустить  то
восхитительное наслаждение, которое начинало овладевать ею.
     Бриджит боролась с наслаждением, но потихоньку уступала ему, уступала
себе. Наконец Халдор громко вскрикнул, по  телу  его  пробежала  судорога,
пальцы впились ей в плечи. Он лежал неподвижно, полностью опустошенный,  а
затем откатился в сторону и повернулся лицом к ней.  Бриджит  не  отрывала
взгляда от потолка. Она была и рада, что все кончилось, и разочарована. Но
затем она подумала, что он слишком тяжел и она едва  не  задохнулась.  Это
помогло ей снова ощутить радость от того, что все кончилось.
     Халдор глубоко вздохнул. Он оперся на локоть и, не прикасаясь к  ней,
натянул одеяло на плечи.
     Только услышав его храп, Бриджит позволила себе заплакать, впервые за
время ее пленения. "Я ничего не добилась, излечив Ранульфа.  Он  не  убьет
меня, но и не оставит в покое. Сам Бог оставил меня. Нет, Бог простит  мне
невольный грех". Она со стыдом вспомнила волну наслаждения, накатившую  на
нее, но так и не захлестнувшую.
     Задрожав, она встала с постели, набросила на себя белье, чтобы Халдор
не застал ее голой,  и  посмотрела  на  алтарь,  где  под  распятием  спал
Ранульф. Христос-мученик был где-то  очень  далеко.  Когда  Бриджит  нашла
ощупью свою жалкую постель, мрак мгновенно опустился на нее.



                                    5

     Викинги  ушли  перед  рассветом.  Они  не  оставили   никого,   кроме
тяжелораненых -  Ранульфа  и  двух  других.  На  острове  было  безопасно:
ирландцы не могли нагрянуть сюда неожиданно. Тем не менее Халдору очень не
хотелось оставлять беспомощного сына под надзором девушки, с  которой  тот
так жестоко обошелся. Но будь что будет! Бездействие еще хуже.
     Поднявшись по реке, норвежцы ограбили еще несколько ферм.  Добыча  их
была невелика - только пища и домашний скарб.  Они  не  встретили  никого:
крестьяне скрылись в лесах, которые обступали берега реки, хмуро глядя  на
пришельцев.
     - Они бежали вверх по реке, - сказал Халдор  одному  из  юных  друзей
Ранульфа, который скривился при виде жалкой добычи. - Там есть аббатство -