Глава 3 
 
   Запах лака и воска. Вылинявшего хлопка и кожи.
   Сначала Речел просто фиксировала смутные ощущения, но когда зевнула и
хотела потянуться, вдруг осознала: что-то не  так.  Придавленная  чем-то
тяжелым, она не в состоянии ни пошевелиться, ни дышать.
   Растерянно моргая, девушка пришла  к  убеждению,  что  голова  у  нее
раскалывается от боли. И это не обычная головная  боль,  а  невыносимая,
пронизывающая, исходившая откуда-то из затылка.
   - Какой стыд! - услышала она рядом женский голос.
   Речел вздрогнула от неожиданности. Прежде чем она смогла пошевелиться
или открыть глаза, другая женщина сказала:
   - Говорю тебе, Клара, молодые люди сегодня забыли о приличиях.
   Странно, эти голоса не  принадлежат  ни  сестре  Молли,  ни  экономке
миссис  Радклифф.  Что,  ради  всего  святого,  делают  в   ее   спальне
посторонние люди?
   Она подняла руку к  глазам,  но  увидела  лишь  неясное  разноцветное
пятно. Конечно, без очков зрение у нее плохое, но почему-то  сейчас  оно
еще хуже, чем обычно.  Речел  попыталась  восстановить  его,  заморгала,
однако ничего не вышло. Предметы становились то четкими,  приближаясь  к
ней, то опять расплывались. Дубовые  скамьи?  Лица  людей  и  стеклянные
витражи? Значит, она не в спальне.
   - Отвратительно! - воскликнула еще одна женщина.
   - Осквернение всего святого, вот что это такое! - поддержали ее.
   Чего святого? Видимо, Речел находится в церкви. Вопрос в том, что она
здесь делает? О Господи, ее голову будто  рассекли  топором.  Вдруг  это
какая-нибудь страшная болезнь? А может, просто обморок? Тогда  объяснима
и навалившаяся тяжесть. Оливия Харрингтон говорила, что  после  обморока
руки и ноги кажутся тяжелыми и бесполезными.
   Заставив себя открыть глаза, Речел попыталась не обращать внимания на
боль и сосредоточиться на окружающем. Без сомнения, она в церкви. Тут ее
охватила  неясная  тревога.  Действительно,  было  что-то,  связанное  с
церковью, что-то важное. Но что именно?
   Внезапно масса, прижимавшая ее к полу, зашевелилась.  Речел  услышала
стон, несомненно, мужской, и неясная тревога переросла в самую настоящую
панику. Кто-то лежал на ней! Мужчина? О  Господи!  Да,  теперь  она  уже
чувствовала большую теплую руку, сжимавшую ее грудь.
   Забыв о головной боли, Речел взвизгнула, уперлась в плечи мужчины, но
тот  даже  не  шевельнулся.  Девушка  оттолкнула  его  голову,   увидела
волнистые черные  волосы,  смуглую  кожу  и  начала  вспоминать  события
прошлой ночи.
   Мэт Рафферти! Она с отчаянием взглянула на солнечные  лучи,  падающие
сквозь цветные витражи.
   - Какого черта я здесь делаю? - прошептал ей в ухо мужчина.
   Речел хотела спросить то же самое.
   - Прочь, - с трудом выговорила она. - Немедленно слезь с меня.
   Не так  быстро,  как  ей  бы  хотелось,  тот  отодвинулся  от  нее  и
приподнялся на локтях.
   - Какого... О Боже!
   Речел проследила за его взглядом и увидела толпу  людей,  стоявших  в