7

  Когда  солнце  стало  опускаться  к  горизонту,  Шахаев объявил о конце
привала. Принесенные Акимом сведения  говорили о  том, что  оставаться здесь
разведчики больше не могли,-- совсем близко располагались немецкие части, по
всей вероятности резервные.
  В полнеба стояло красное зарево, окрашивая макушки деревьев. Разведчики
шли гуськом, осторожно ступая. Впереди -- Шахаев. За ним -- Пинчук, затем --
Уваров, Ванин и замыкающим -- Аким. Запрокинув голову, он сказал:
  -- Зари горит. Дождь будет.
  Семен засмеялся:
  -- Предсказатель новый объявился! Откуда тебе все известно?
  -- А вот известно. Ведь  как-никак учитель. И тебя, Семен, еще кое-чему
могу поучить.
  -- Чему это? -- белые брови Сеньки  сдвинулись: он был явно озадачен.--
Чему же все-таки ты можешь меня поучить, Аким? Уж не за "языками" ли ходить?
  --  Зачем же  за  "языками". Этому  ремеслу  ты  кое-как обучен.  А вот
математике, например, русскому языку, литературе... Мало ли чему?
  --  Может, кое-что из этих наук я и подзабыл,-- чистосердечно признался
Семен.-- Однако насчет дождя и прочее ты, Аким, подзагнул.
  -- Поживем -- увидим.
  Аким уже успел рассказать Сеньке о том, что  его тревожило, и теперь на
душе  у  него  стало  легче. Лицо приняло прежнее добродушное выражение, как
всегда немножко рассеянное. Сенька обещал ему уговорить Шахаева на  обратном
пути отпустить Акима на несколько часов, а может, и на всю ночь,-- смотря по
обстоятельствам -- в родное село к невесте.
  Вскоре стало душно. Гонимые южными ветрами, низко поплыли темные  тучи.
Мокрыми  ошмотьями к  ногам прилипали прошлогодние дубовые листья. По веткам
забарабанил редкий холодный дождь.
  Аким ухмылялся.
  -- Ну, что я говорил? -- толкал он Сеньку.
  Но тот не сдавался.
  -- Ворона -- дура, но и она может накаркать любую беду.
  Дождь усилился.
  Разведчики вышли к реке Вьюнка. Шахаев волновался,  все время глядел по
сторонам: в этом месте их должен был встретить человек.
  Сквозь разрывы облаков выглянула луна  -- начищенная,  беззаботная -- и
тут же снова спряталась за тучи. Надо было переправляться на противоположный
берег. Посмотрели -- лодки не видать. Но тут случилось то, что на солдатском
языке называется  "подвезло":  высокое  дерево,  стоявшее  над  самой водой,
подмытое течением, повалилось, едва его толкнул Пинчук. Оно с треском  упало
вершиной на тот берег, образовав своеобразный мост.
  Первым вызвался пройти Семен.
  -- Только в случае чего матери сообщите,-- сказал он, улыбаясь.
  Но улыбка получилась не Сенькина -- натянутая,  пожалуй даже жалкая. Он
с опаской поглядывал на черную, кипящую пучину и осторожно ступил на дерево.
  От тяжести Сенькиного тела дерево опускалось все ниже и  ниже, и, когда
Ванин достиг  середины,  оно качнулось,  выскользнув из-под ног  разведчика.
Семен попытался было  ухватиться за ствол, но потерял равновесие и на глазах
разведчиков исчез под водой.