"Кушать...",  извините...  "Строить подано",  только та  сцена  поставлена в
жанре гротеска, а эта - в героико-реалистической манере: с Истинными Героями
на авансцене и с Хором у задника.
  Все так,  понимал Ким,  все правильно.  Но  -  будущий режиссер!  -  он
прекрасно  знал,   что   именно   из   статистов,   особенно   из   молодых,
рядовых-необученных,  вылупляются театральные бунтари и  даже революционеры.
Именно среди них потихоньку зреют те,  кому привычный текст "Строить подано"
давно  обрыдл,   им   других  текстов  хочется,   доселе  неигранных,   даже
неслыханных, а память у них емкая, крепкая и пока - пустая.
  Вот почему Ким устраивал легкий ликбез этим манекенам в штормовках - не
более,  чем ликбез.  Для них "Краткий курс истории ВКП(б)" - почти Гегель по
сложности.  Формулировки Кима -  чеканно-афористично-доходчиво-примитивные -
вполне  подошли  бы  для  нового  "Краткого  курса",  пока,  к  счастью,  не
написанного...
  В любом случае Ким хотел разозлить добровольцев. Не на себя, как раньше
мадам  или  Начальников,  а  на  других.  Может,  как  раз  на  мадам  и  на
Начальников...
  Зачем разозлить?.. Точного ответа Ким пока не знал.

  - Погоди,  -  сказал парень с детективом,  - а что ты там о поражении в
правах плел?
  - Это  мура,  -  отмахнулся Ким.  Тема его не  очень волновала,  посему
объяснял он просто и сжато -  в стиле "Краткого курса".  -  Вся наша жизнь -
это перманентное поражение в правах, говоря языком юриспруденции. То есть я,
конечно, не имею в виду права конституционные - на труд там, на здоровье, на
подвиг.  Я  о  каждодневных  правах  говорю,  о  житейских,  о  бытовых,  до
Конституции не доросших.  Скажем,  право на жилплощадь в родном городе. Есть
оно у  тебя?  Есть.  Иди в райисполком,  вставай в очередь,  жди -  к пенсии
получишь...  Или вот такое смешное право: тратить свою зарплату. Имеешь его?
На все сто!  А как его использовать, коли тратить не на что?.. Да ладно, это
неинтересно.  Хотите - сами покумекайте... Я только одно скажу. У эсеров был
лозунг:  в  борьбе обретешь ты право свое.  Эсеры давным-давно на свалке,  в
истории -  пяток фамилий остался,  а мы до сих пор по их лозунгу существуем.
Прямо как в песне:  вся-то наша жизнь есть борьба.  Борьба за то, что нам по
праву положено. Разве не так?..
  Публика молчала. Реплики типа: "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!"
или "Нам нет преград ни в море,  ни на суше!" к разговору явно не подходили,
это даже Хор у задника понимал. Требовались в ответ свои слова, незаемные, а
их-то как раз и  не находилось.  Будь Ким режиссером этой сцены,  он ввел бы
сейчас  в  немоту  фонограмму  -   звук  вращающихся,  скрежещущих  шестерен
какого-нибудь  гигантского  механизма.   Для   чего?   А   для   иллюстрации
мыслительного процесса  добровольцев.  Очень  убедительно получилось  бы.  И
вполне новаторски, хотя и не без хамства.
  А хамить ребятам,  в общем, не хотелось. В чем они виноваты? В том, что
кто-то сверху,  все и  вся решавший за них,  поместил их в  этот плацкартный
вагон,  сунул  им  в  рот  стандартные тексты проходных ролишек,  примитивно
просто  выстроил  мизансцену  -   по  шаблону,  проверенному  десятилетиями,
залитованному однажды и на все времена?  Или в том, что они не взбунтовались
против  "кого-то  сверху",  не  выплюнули изжеванные слова,  не  вооружились
своими?  Так,  может,  для этого Ким и  помещен в поезд,  в вагон,  в отсек,